Грехи матери

– Что это за помешательство, свидетелем которого я только что был? – спросил Филипп, в то время как Оливия спокойно вернулась на свое место. Она решила не извиняться перед ним за случившееся. Филипп был достаточно взрослым, чтобы знать правду. Они с Питером были тайными любовниками на протяжении уже десяти лет.

– Это не помешательство, Филипп. И это не твое дело, как не мое дело твоя личная жизнь. Мы оба взрослые.

– Ты что, решила заводить романы с работниками компании? Что это за безобразие? А если кто-то тебя увидит?

– Мы думали, что одни. И Питер не работник – он наш главный юрисконсульт.

А мои личные дела тебя не касаются. Я сожалею, если тебя это огорчило, но могу заверить, что мы соблюдаем конфиденциальность.

Оливию трясло от его обвинений, но она этого не показывала. Она должна была занять выгодную позицию в данной ситуации, и то, что сын сказал, ей не нравилось. Совершенно."

"– Конфиденциальность? Ты что, сумасшедшая или просто безнравственная женщина? Он женат, он моложе тебя на десять лет, и если пресса до этого доберется, она выставит тебя на посмешище.

Наша репутация будет погублена, если люди узнают, что ты с ним спишь. Он женатый мужчина, черт подери! Ты этим, что ли, занималась во время своих постоянных отлучек, когда мы были детьми? А папа знал? Вся твоя чушь на темы морали – просто издевательство! Как ты смеешь поучать нас, если сама спишь с женатым мужчиной, может, даже не первый год?

– Прекрати! – повысила на него голос Оливия, вставая из-за стола, чувствуя, что Филипп использует эту ситуацию, чтобы излить свои старые обиды. – Я была верна твоему отцу все годы нашего брака, и он это знал.

Я отсутствовала дома, чтобы строить бизнес ради всех нас, и он это тоже знал. Джо хотел, чтобы я этим занималась. Он в отличие от вас уважал то, что я делала. А я уважала его. Твоего отца нет с нами уже четырнадцать лет, Филипп. С Питером Уильямсом я работаю дольше. Он мне сочувствовал, когда умер твой отец, и давал бесценные советы на протяжении всех этих лет. Если хочешь знать, только через четыре года после смерти твоего отца я решилась на близкие отношения с Питером. Ему одиноко, мне тоже, и он моложе меня на семь лет, а не на десять. Его жена алкоголичка, он на ней женат только формально. И мы на протяжении десяти лет храним в тайне наши отношения. Никто до сегодняшнего дня о них не знал. Нашему бизнесу это вреда не нанесет, я этого не допущу, и он тоже. Ты прав в одном – это отнюдь не образец морали. Но мы реальные люди, со своей реальной жизнью, имеющие взрослых, тридцати– и сорокалетних детей. Я вдова, он уважает свою жену. Я не желаю людям таких ситуаций, но они случаются.