Грехи матери

Филипп сказал, что когда всё уляжется и пройдет период траура, он собирается представить ее семье – возможно, на День благодарения. А пока у Филиппа появилось множество забот. Тейлор была благодарна, что он позвонил. Она сказала, что всем сердцем и мыслями с ним, а он – что любит ее.

В тот вечер Лиз проводила Оливию в ее спальню. Мать выглядела усталой и постаревшей. Ей было тяжело. Будто целая эпоха закончилась.

– Мне повезло, что мама прожила так долго, – сказала она, обняв дочь.

Обе беспокоились, как поведет себя Кассандра, но не высказали этого. Лиз побыла с Оливией, пока та не легла, а потом вернулась в гостиную.

Алекс к тому времени тоже ушел спать, поболтав перед этим какое-то время с Софи и рассказав ей о своих проблемах. Софи заявила, что всегда знала о его ориентации, даже когда он был ребенком, и выразила надежду, что его родители с этим в конце концов свыкнутся. Алекс тоже склонялся к такому мнению, хотя начало пути получилось очень ухабистым.

Сара отправилась спать, а братья с сестрой сидели, потягивая вино. Им было хорошо вместе. Лиз спросила у Филиппа, как обстоят дела с разводом.

– Предстоит тяжба, – ответил он.

 – Я с этим смирился и начинаю думать, что Аманду всегда интересовали только мои деньги.

Оливия давно так считала, хотя никогда этого сыну не говорила. Это травмировало бы его и породило еще больше проблем между супругами. Но с Мэрибел она всегда делилась, да и Лиз была такого же мнения.

– А как дела с твоей новой женщиной? – поинтересовалась Лиз. Она надеялась, что эта окажется лучше прежней, хотя сама не могла похвалиться успехами на сердечном фронте.

– Она замечательная и наверняка вам понравится. Я подумал, что пока ей не надо приезжать сюда.

Но скоро вы познакомитесь, – пообещал он.

В конце концов все разошлись спать, грустные, но довольные тем, что собрались и могут поддержать друг друга."

"Лиз проснулась, когда приехала Кэрол. Стояло раннее утро, но она услышала, как входит дочь, и пошла ее встретить. Через пару минут к ним присоединилась Софи. Они отправились на кухню варить кофе, поскольку домработница еще не пришла. Вскоре появилась и Оливия, на вид уставшая, но уже умытая и причесанная, в шелковом халате. Через полчаса подтянулись и остальные члены семьи.

Завтракали за общим столом, оживленно беседуя, когда раздался звонок в дверь. Лиз пошла открыть. На пороге стояла Касси. Сестры взглянули друг на друга и обнялись. Они не виделись много лет.

– Ну, ты и красотка! – воскликнула Лиз.

Касси рассмеялась. На ней были черные облегающие кожаные брюки, топик, кожаный пиджак и туфли на высоком каблуке. Коротко остриженные волосы стояли торчком.

– Просто отпад! – восхитилась Лиз, и Касси снова рассмеялась.

Они были рады видеть друг друга и вместе прошли на кухню.