Грешная и святая

 – Попался!

Трис узнал Крофтона и повернулся к Бурро, но его кузен уже бежал за толпой по коридору. Выругавшись, Трис последовал за ним. В комнате Ле Корбо была Крессида!"

"Кто-то уже пробрался в самую дальнюю комнату. Закричала женщина. Зарычав, Трис силой проложил себе путь в комнату. Там Бурро стаскивал какого-то человека с кровати. С женщины.

Трое тварей были в постели. Трис отшвырнул одного так, что тот врезался в стену, и понял, что обнаженная женщина – не Крессида.

Человек, которого он отшвырнул, был Пью, все еще в костюме Генриха VIII. Бурро ударил мужчину, одетого тигром, и теперь катался по полу с Арлекином и еще одним человеком в помятой обычной одежде. Перепуганная женщина пыталась завернуться в одеяло; она, казалось, не пострадала. Трис осматривал комнату.

Где Крессида?

Он услышал грохот и треск в соседней комнате и перепрыгнул через дерущихся…

Затем он остановился в дверях.

Вот и она, бледная, за стеклами очков – расширенные глаза. Девушка держала статуэтку и смотрела на Крофтона и толпу пьяных мужчин, только что выломавших дверь. Она взглянула на Триса, а затем вновь перевела взгляд на Крофтона и его пьяную компанию.

Каждый мускул в теле Триса напрягся; ему хотелось броситься ей на помощь, но он понял, что ее лучшим защитником будет не просто мужчина, а герцог.

Она попалась, и слишком рано. Они проиграли, но теперь ее нужно увезти отсюда в безопасное место. А для этого, решил Крис, он должен сделать вид, что не знаком с ней.

Он вынул свой монокль.

– В чем причина шума? – обратился он к присутствующим.

Крофтон обернулся, его глаза сузились.

– Сент-Рейвен? – Затем он вновь повернулся к Крессиде. – Так, так, так…

Глава 25

Трис напустил на себя скучающий вид и обратил свой монокль на Крессиду.

– А кто вы, мэм, позвольте вас спросить?

Ее глаза все еще были расширены, но она уже не казалась такой бледной. Возможно, это оттого, что она поняла его. Она сделала книксен.

– Меня зовут Крессида Мэндевилл, ваша светлость.

– Я вижу, вы знаете его, – усмехнулся Крофтон. Ее удивление было неподдельным.

– Весь Лондон знает герцога Сент-Рейвена в лицо, лорд Крофтон.

– Тогда что вы делаете в чужой запертой комнате, а?

– Я не знала, что эта дверь закрыта, сэр. Я вошла через другую дверь.

Тут в комнату протиснулся владелец гостиницы, красный и потный. За ним вошли несколько слуг.

– Я послал за полицией! Я вас всех предам в руки закона! – Затем он увидел Триса. – Ваша светлость, о, ваша светлость, мне так жаль, что вас побеспокоили!

Трис повелительно поднял руку. Он прошел в комнату и подошел ближе к Крессиде, рассматривая ее и статуэтку в монокль.

– Это ваша статуэтка, мэм? Какая… необычная.

Он увидел, как дрогнули ее губы, и взмолился о том, чтобы она сыграла свою роль.