Грязные новости
Селиан Лоран.Член высшего общества Манхэттена.Известный плейбой.Наследник медиаимперии.И… мой новый босс.Я могла бы произвести на него лучшее первое впечатление, если бы не незабываемый секс на одну ночь в прошлом месяце.После пережитых оргазмов я сбежала от него с приятными воспоминаниями и с его бумажником.Теперь мужчина смотрит на меня, как на грязь под его итальянскими туфлями, и я вынуждена это принять.Меня зовут Джудит «Джуд» Хамфри и мне нечего терять.Простая бруклинская девчонка.Никому неизвестная чудачка.Наследница стопки медицинских счетов и потрепанного дивана.Когда мой новый босс смотрит на меня через комнату, я вижу блеск в его глазах, и это подстегивает наше соперничество.Он это знает.И я тоже.Каждый день в студии новостей — битва.Каждая ночь в его постели — война.Но на кону мое сердце, и, боюсь, я готова поднять белый флаг.18+
Ее телефон лежал между простынями, гудя от новых сообщений.
Брианна: спасибо, что помогла мне с подачей документов сегодня! XOXO
Грейсон: если бы я был моделью Victoria's Secret, кем бы я был?
Эйва: собираюсь проколоть себе сосок в эти выходные. Пожелай мне удачи. Тот милый парень тебе уже звонил?
Я схватил телефон, вынул SIM-карту и сломал ее пополам, прежде чем вставить ее обратно в телефон и разбить его об пол.
Если этот парень хочет заполучить Джудит, ему придется искать ее по старинке, среди восьми миллионов жителей Нью-Йорка.
«Удачи, приятель».
В один из дней я заметила, что лицо папы уже не такого бледного оттенка, как стена ванной.
Он проходил так называемую адоптивную клеточную терапию (прим. персонализированный вид иммунотерапии, используемый в случае злокачественных образований). Лечение было инвазивным (прим. инвазивные процедуры предполагают проникновение внутрь организма) и вызывающим неприятные ощущения, но каждый раз, возвращаясь домой, папа улыбался шире, чем в прошлый. Он все еще был слаб и бледен, но больше не говорил так, будто готов умереть, но слишком стыдился отпустить жизнь, потому что знал, как сильно я нуждаюсь в нем, и это заставило мое сердце воспарить.
Мы проводили все больше и больше времени вне дома — короткие прогулки по кварталу, рука об руку, любуясь фестивалем красок, когда в Нью-Йорк ворвалось полномасштабное лето. Зеленые листья шелестели над нашими головами, а босоногие дети бегали по окрестностям, брызгая друг в друга водой из шлангов и распространяя безудержный смех, как конфетти. По краям тротуаров нашего квартала в клумбах распустились цветы.
Я так и не сказала папе, что знаю о Селиане, и собиралась сохранить это в тайне. Несмотря на осторожный оптимизм, была большая вероятность, что лечение не сработает. В таком случае я бы всегда винила себя за то, что поругалась с ним из-за того, что он лгал мне и пытался спасти нас обоих, когда на самом деле должна была ценить каждое мгновение с ним. Поэтому решила умолчать вместо того, чтобы затевать ссору.
— Ты пойдешь сегодня в библиотеку? — спросил папа.
— Да, мне нужно кое-что почитать для работы. А что?
— О, мы получили приглашение от миссис Хоторн посмотреть новый фильм с Джеком Николсоном. Она готовит ирландское рагу. Но, конечно, тебе не обязательно приходить.
— О, я откажусь. В любом случае, думаю, вы хорошо проведете время наедине. — Я толкнула его плечом, широко улыбаясь.
— Это не то, что ты думаешь.
— Ты не знаешь, что я думаю."
"Папа никогда не ходил на свидания после смерти мамы, и не из-за того, что я не пыталась свести его с людьми. Я провела большую часть своих студенческих лет, пытаясь заставить его зарегистрироваться на сайтах знакомств — до того, как он заболел.
















