Грязная сказка

— Так за неё Барышников слово замолвил, — улыбнулся Влад. Теперь он был в курсе всех сплетен в мире балета. — И всё же, она — прима Большого.

— Скажи повару, что горох нужен в стручках, а не вот это, — недовольно сморщилась девушка, но Влад понял, что ей не понравилось его высказывание.

— Лер, зима на улице. И здесь не столица. Гороха в стручках в принципе негде купить.

— Ну, придумай что-нибудь, — растянула она губы в улыбке. — Не думаю, что это так сложно.

— Не думаю, что это так важно — горох в стручках, — вздохнул Влад, но знал, что спорить с ней бесполезно. — Ты маме позвонила?

— Нет, мне было некогда, — скривила Лера губы.

— Твой отец заболел, она думала, может, мы подъедем, проведаем старика, — Влад хотел убрать чаинку, попавшую в чашку, ложечкой, но та стукнула о фарфор, предательски задрожав в руке, и Влад оставил эту затею.

— Назаров, съезди, — открыла Лера следующий пластиковый контейнер с десертом без глютена и лактозы, похожий на пережёванный творог. — Спроси, может, лекарства какие-нибудь нужны, или в клинику его положить. Ну, неужели, ты сам не мог догадаться? Почему я-то всё должна подсказывать?

— Лер, но вообще-то они — твои родители, — убрал Влад пустой контейнер в пакет.

— Мои настоящие родители сгорели, — она попробовала, сморщилась и отставила в сторону. — А в этой семье меня просто приютили, ненадолго. Потом я жила в хореографическом училище, потом в Питере в Академии. И они забирали меня сюда на лето. Но, если бы там можно было оставаться на каникулы, я бы и не приезжала совсем.

— И всё же, они — хорошие люди.

— Вот ты с ними и дружи. Тем более, ты им так нравишься, что они тебе стали звонить чаще, чем мне."

"— Просто ты или не отвечаешь, или не перезваниваешь, а я всегда в зоне доступа, — он попытался перевести разговор в шутку, но с чувством юмора у неё было плохо. И если она вдруг шутила, то получалось зло, как та шутка про его лысину.

Влад стал болезненно реагировать, когда Лера упоминала его возраст, а после того, как у него впервые в жизни не встал, её насмешек он стал опасаться ещё больше.

И секс с ним Лера не любила. Изгибалась как угодно, могла принять такую позу, что Камасутре и не снилось, но всё это было технично, без души, без эмоций. Влад подозревал, что и оргазмы она имитировала. И никогда Лера не приставала к нему сама. Правда, и никогда не отказывала, когда он проявлял инициативу. Но что-то ему подсказывало, что только пока.

Влад даже одно время пытался по старой памяти поглядывать на других девушек, но вдруг понял, что он больше никого не хочет. И ничего не хочет. Ему казалось, что в его жизни уже было всё, и это время безвозвратно ушло.

— Помнишь, мы как-то говорили с тобой про детей, — поднял он на Леру глаза, отрывая взгляд от своей чашки.