Гроза Островского

Мужские ладони скользят вниз, обхватывают через тесные джинсы мои ягодицы, сжимают сильно, до боли. От этой неистово-жадной ласки, от безумного соития наших губ, у меня подкашиваются колени, чувствую внезапную слабость… Вцепляюсь в плечи Островского, чтобы не упасть. И тут двери лифта распахиваются, едва не падаю от неожиданности, но Алекс успевает подхватить меня.

— Зачем я здесь? — задаю ужасно глупый вопрос. Не могу не задать.

— Ты этого не хочешь? — хрипло отвечает вопросом на вопрос Острый.

Черт, что сказать? Хочу. Тело хочет, меня всю буквально трясет от желания. И от невесты своей он открестился… сказал, что свадьбы не будет. Ну и что? Он ведь не сказал, что меня хочет в невесты взять. Да я о таком даже и мечтать не смею…"

"— Хочу, — слышу свой собственный тихий ответ и безмерно удивляюсь. Не могла я такого бесстыдства произнести. Алекс как раз в этот момент распахивает дверь квартиры. И со сдавленным, хрипловатым стоном втягивает меня внутрь помещения. Берет за талию, и чуть приподняв, впечатывает в стену, вынуждая развести ноги, вжимается в меня пахом и бешено целует, жадно покусывая мои губы и отчаянно играя с моим языком.

Нас буквально трясет от страсти. Ни нежности, ни теплоты — одно только всепоглощающее желание.

Ощущение, что между нами полыхает даже воздух. Настолько сейчас горячо, мы буквально в эпицентре обжигающего урагана.

Непослушными пальцами дергаю рубашку Алекса, пытаюсь расстегнуть неподдающиеся пуговицы, чтобы прикоснуться к обнаженной коже.

— Подожди, маленькая, — хрипит Островский. — Не здесь. Давай дойдем до спальни.

Замутненным взглядом окидываю помещение и понимаю, что мы начали раздеваться в коридоре. Безумие. Хоть дверь заперли? Не хотелось бы, чтоб Эльза застала Острого с «племянницей». Эта отвратительная мысль отрезвила. Что я творю? Он будет считать меня распутной, легкой на передок, или как там еще подобных женщин называют. Я никогда к ним не относилась. Только Валерка у меня был… и вот он, Островский.

Нужно остановиться прямо сейчас. Не позволять случиться тому, что уже случилось однажды… Воспоминания, как уходила от него тем утром, без денег, как проститутка бежала от клиента, каждый раз причиняли боль. Второго такого утра мне не вынести. Но в то же время меня влечет к нему неодолимая сила, красивое волевое лицо притягивает взгляд, совершенная линия губ, едва заметный маленький шрам на подбородке, который только сейчас разглядела, так и манит дотронуться губами. Неодолимое влечение. Понимаю, что не уйду, не смогу найти в себе сил для этого.

И он словно понял это. Спокойно протянул мне руку, словно на сто процентов знал, какой будет ответ.

Вкладываю свою ладошку в крупную мускулистую ладонь и покорно следую за Островским в спальню.