Соль этого лета

Бес меня ждёт. Заношу ему ключи и коньяк.

— Всë благополучно?

— Всë супер, да. Спокойной ночи.

Закрываю его дверь.

Не стуча, тихо вхожу в комнату Алёны. Мурлычет во сне, утыкаясь носом в подушку.

Ставлю рядом с кроватью туфли. Рядом с ноутом — корзиночку ягод.

Накрываю её одеялом.

Так круто порхает в груди, словно она ответила мне взаимностью. На самом деле — нет. Но… Сегодня я буду спать! Крепко. Ощущение, как будто поставлена галочка. Препятствие пройдено. Одно из многочисленных. Но всë же.

Ухожу к себе.

Пацаны спят. Свет выключен. Скидываю в темноте одежду. На душ меня точно уже не хватит.

Падаю лицом в подушку и почти сразу выключаюсь. Почти. Что-то едва уловимое внезапно будоражит. Не в силах уловить что именно, глубоко дышу, плавая в странном ощущении дежавю.

Не понял.

Присаживаюсь. Подношу к лицу подушку. Вдыхаю запах… Аленины духи? Совсем тебя беднягу накрыло, да, Тарханов? Откуда им тут взяться? И запах такой… Не чистый парфюм, а словно носом в волосы ей зарылся и вдохнул. Женский, отрывающий башню запах. Вдыхаю ещё раз. Еë запах! Не глючит меня.

— Что за… — бормочу растерянно.

В комнате тишина.

— Вы чего, идиоты, подушки нам поменяли? — доходит до меня.

— Я же говорил, он спалит! — подскакивает Яша. — Гони штуку!

— Ещё и на бабки поспорили? — цокаю, закатывая глаза.

— Ну ты, маньяк, Тарханов, — причитает Ромка. — Как можно было слëту догадаться?

А как можно было не догадаться-то? Я этот запах где угодно узнаю!

Шмель отдаёт Яше бабки.

Обнимая подушку падаю на бок. Закрыв глаза, глубоко дышу… Из горла неконтролируемо вырывается низкий мурлыкающий стон.

— Ты там подушку не изнасилуй во сне, — ржут пацаны.

Да, это актуально! А то приснится горячее… И трындец подушке. Порву нахрен.

Закрываю глаза. Засыпаю, улыбаясь. Потому что моя подушка сейчас у Алёны. А пахнет она мной и моим парфюмом. И она так еë обнимает, будто ей тоже это вставляет…

Кайф.

Глава 9. Гости и карт-бланш

Гости…

— Как твои бычки, Бессо? Перспективные?

Оборачиваюсь. Тренер и два мужика. Одного помню. Он судил нас на юношеских.

— Мои бычки лучше всех!

— Посмотрим-посмотрим…

— На соревнования едут четверо.

Подходят ближе.

— Шмелёв, Яшин и вот… Марат.

Спрыгиваю с турника.

— Марат Тарханов, — уточняет тренер.

— Помню! — тянет мне руку судья.

— А это Стоянов Андрей Павлович, — представляет мне второго Бес. — Его компания предоставит победителям от нашей школы гонорары.

— Марат, — тяну руку.

Пожимает.

— Не подведешь нас, Марат? — пытливо смотрит в глаза.

— Сделаю всё, что смогу.

— Форма у тебя…

Качает с уважением головой.

— Такую не все к пику набирают.

— Генетика… — пожимаю плечами.

— Сколько тебе?

— Девятнадцать.

— В финал выйди.