Соль этого лета
Марат Тарханов — самбист, упёртый и горячий парень.Алёна Ростовская — молодой физиолог престижной спортивной школы.Наглец и его Неприступная крепость. Кто падёт первым?***— Просто отдай мне мою одежду!— Просто — не могу, — кусаю губы, теряя тормоза от еë близости. — Номер телефона давай.— Ты совсем страх потерял, Тарханов?— Я и не находил, Алёна Максимовна.— Я уши тебе откручу, понял, мальчик? — прищуривается гневно.— Давай… начинай… — подаюсь вперёд к её губам.Тормозит, упираясь ладонями мне в грудь.— Я Бесу пожалуюсь! — жалобно вздрагивает еë голос.— Ябеда… — провокационно улыбаюсь ей, делая шаг назад и раскрывая рубашку. — Прошу.Зло выдергивает у меня из рук. И быстренько надев, трясущимися пальцами застёгивает нижнюю пуговицу.— Я бы на твоём месте начал с верхней, — разглядываю трепещущую грудь.— А что здесь происходит? — отодвигая рукой куст выходит к нам директор смены.Как не вовремя!Удивленно смотрит на то, как Алёна пытается быстро одеться.— Алëна Максимовна… — стягивает в шоке с носа очки, с осуждением окидывая нас взглядом. — Ну как можно?!— Гадёныш… — в чувствах лупит мне по плечу Ростовская.Гордо задрав подбородок и ничего не объясняя, уходит, запахнув рубашку.Черт… Подстава вышла!
У тебя множество вариантов утешиться, — холодно.
Не глядя на меня ускоряет шаг.
Оглядываюсь, никто кроме Кати не смотрит. А на неë мне вообще фиолетово!
Подхватывая Алëну за локоть, затаскивают за угол корпуса. Вжимаю в стену.
Задохнувшись от возмущения, она открывает рот для тирады.
Беру еë лицо в ладони. И закрыв глаза, просто глажусь щекой о её висок.
Это старое фото… Старое…
Вжимаюсь губами в висок. Дышу еë запахом.
— Марат?.. — растерянно.
— Зачем они фотки мне твои с ним показывают? — болезненно шепчу я, теряя контроль над эмоциями.
Алëна вздрагивает.
Отыскиваю еë кисти своими, сплетаю в замок наши пальцы.
В порыве чувств подношу наши руки к губам, целую костяшки.
— Что-нибудь мне сюда положи, — прижимаю их к сердцу. — Мне пусто и плохо.
Заворожено тянется к моим губам пальцами. Мои веки захлопываются от нежного прикосновения. Замерев, боюсь ответить хоть чём-то и спугнуть еë ласку.
Не открывая глаз, прижимаюсь своим лбом к еë.
— Скажи, что ты его не любишь."
"Вглядываюсь требовательно в еë глаза. Она растерянно порхает своими ресницами.
И молчит!
Мне сносит крышу от этих больно вибрирующих в груди чувств.
— Говори! — требую я.
— Ты — наглец, — тихо шепчет она.
Теряя от ревности тормоза, впиваюсь в изгиб еë шеи.
Со стоном втягиваю кожу.
— Нет! Черт! Марат! — пытается вырваться она.
Фак… Ладно.
Засосы — это перебор. Растираю пальцами чуть потемневшее пятно.
— Гадëныш! — хныкает она, пытаясь выкрутиться.
Но я держу крепко.
— Всë… - хмурюсь я. — Не видно ничего.
За шею притягиваю к себе, ласково кусаю и облизываю её губы.
— Стой… Стоп… Нет… Хватит… Ммм… Наглый… — хныкает она.
Да не наглый я… Делаю это ещё нежнее и ласковее. Сламываю сопротивление, впиваясь глубже. И даже получаю несколько тихих чувственных стонов. И ответ на поцелуй. Мы тяжело и горячо дышим.
— Остановись…
— Скажи, что не любишь его.
— Дурак какой… — выдыхает она.
— Говори.
— Не люблю!
Улыбаясь, замираю, прижавшись к еë губам.
— А меня?
Получаю лёгкую затрещину.
Сбегает. В этот раз не держу, отпускаю.
Почему «не дают»? Дают… Просто, мне нужно больше. Я хочу всë.
Глава 14. Бывший и Будущий
Господи… Господи… Колени мои дрожат. Ослепленная, иду подальше от Катиных глаз. Мне кажется, у меня на лбу бегущая строка о том, что делал со мной Трах… Тьфу ты! Тарханов!!
Откуда в этом мальчишке такие контрасты? От агрессивного хищника к котёнку и обратно! Виражи такие, что я сообразить ничего не успеваю.

















