Соль этого лета

Уворачиваясь, ловлю еë руки. Насильно пропихиваю пальцы между еë. Сжимаю в замок. Поднимаю их наверх, вжимаясь бедром между её ног. Всё, попалась.

— Хватит… Ну всë… - глажусь о еë лицо своим, не рискуя целовать. — Не хотел напугать.

Расслабляется подо мной.

Веду носом по кромке волос, втягивая её запах. Целую в ушко. Кусаю губами кромку, мочку… Серьга дразняще касается языка. Чувствую, как отзывается еë тело. Но Алёна отталкивает, уклоняясь от ласки.

— Какого чёрта ты здесь?! — шепчет сердито.

— Тебя ждал… Уснул.

Мы тяжело дышим в темноте. От неë пахнет шампанским.

И я мгновенно пьянею сам. На каждый вдох, соски прочерчивают по моей коже линии. Неожиданно на меня обрушивается ощущение её обнаженного тела. Вау. Пока боролись, не затянутые на поясе шорты немного съехали. И раскалённая головка моего стояка упирается прямо в её прохладный живот.

— Фак… — срывается мой голос.

Медленно рвано выдыхаю, стараясь не сорваться. В ушах пульсирует. Со стоном подаюсь вперёд бёдрами, целую в приоткрытые губы. Темнота делает всë происходящее ещё более пьянящим и не контролируемым.

— Марат!.

.

Это так нереально кайфово целовать своë имя на еë губах. И меня тащит дальше. Требовательно двигаю бёдрами, отыскивая самую приятную и чувствительную позу.

— Только посмей… — испуганно.

— Я ничего… не делаю, — хриплю я.

И это, мля, очень неустойчивое явление!

Наше дыхание становится ещё более сбитым. Облизываю пересохшие губы. Язык касается солёной кожи.

Ну… И что дальше, Тарханов? В фантазиях всë гораздо проще, верно? Но так, как в моих фантазиях — нельзя. Это чистой воды изнасилование.

Заглядываю ей в глаза. Они блестят в темноте.

Веду пальцем по пухлым губам.

— Красивая моя…

— Зачем пришёл? — задыхаясь.

— Обнять…

— Обнял?

— Ага.

— Брысь!"

"— Не… Я теперь не могу. Как я тебя теперь брошу? Пьяную, голую…

— Я не пьяная… — пьяно бормочет она.

— Ну да! А еще у тебя дверь не запирается.

— Тарханов, я кроме тебя никого не боюсь.

Мои губы скользят по скулам, щекам.

— А меня боишься? — улыбаюсь я.

— Да!

— А так?..

Рывком переворачиваю нас, усаживая еë верхом. Сквозь зубы сдавленно матерюсь от звезд в глазах. Потому что мы практически стыкуемся.

Член соскальзывает по влажной плоти. А потом оказывается зажат между нами.

Алёна, обнимает себя крест-накрест, пряча от меня грудь. Разве такую спрячешь? Только сминает, делая зрелище еще более манящим.

Тяну за локти вниз.

— Я уже всё видел… Купания твои топлесс, — возбужденно ухмыляюсь я.

— Кто же еще это мог быть! — фыркает.

— Дай… — веду пальцем вдоль предплечья по груди, сосок пружинит.

Бедра двигаются, от трения об ее тело растекаюсь кипящей лавой.

Теряя контроль, за шею наклоняю над собой.