Соль этого лета

 — Колыбельная такая.

— Где она?.. — пишу ей сообщение.

— Пока не с ним, чего париться?

— А он где?

— Не знаю…

Тушу сигарету.

— Пойду прогуляюсь, — поднимаюсь я.

— Терминатор! — качают головой пацаны, ложась спиной на ствол.

Я терминатор, да. Меня нагрузкой хрен положишь.

Глава 27. Не усугублять

— Здесь яблоки, бананы, йогурты, батончики протеиновые… Выздоравливай. Ты нам очень нужен, Бессо.

Бес без настроения, молчалив, бледен…

— Тебе не нужно возвращаться на базу, Алёнка.

— Артём после кросса с серьёзной травмой, — опускаю взгляд.

 — Завтра курс инъекций у старших начинается.

— Там Люба.

— Люба обычная медсестра, Бессо. Она может таблетку дать, давление измерить и к врачу отправить. А Артему нужна реабилитация — массаж, инъекции, ортезы.

— Я сниму Артёма со сборов.

— Он будет просто в восторге! Супер мотивация! Парень имеет все шансы победить в своей категории. Я проколю его регенератором, поставлю ортез. Он сможет! А всех остальных тоже снимешь? Тарханова, например?

— Тарханов — это косяк, — недовольный вздох.

— Да. Это мой косяк, — накрывает меня.

 — Я же теперь монашка до скончания веков, правильно? Любое моë общение с мужчиной — подстава. Так? Потому что наш чемпион — это честь школы и твоей семьи. И ему позволено то, за что любой другой сядет.

— Стоп-стоп… Нет. Я не это имел в виду! Конечно, ты имеешь право на общение и отношения. И я не чемпионство его спасал! — заводится Бес.

— Ладно. Извини.

— Я чувствую себя беспомощным! — злится. — Находясь здесь, я не могу тебе гарантировать того, что обещал. И только поэтому прошу тебя…

— Я знаю. Но я всë равно поеду.

Я не могу так больше. Мы оба пленники с тобой его неадеквата. Так нельзя жить!

— Что я мог сделать, Алëн? Нет, наверное, что-то мог… — трет он лицо.

— Да ничего ты не мог! Прекрати винить себя. Не ты виноват. И не я. Тогда нужно было так. Я тебя понимаю. Но сейчас — всë!

— Я поговорю с Рустамом. Я поговорю с Маратом. С пацанами поговорю. Я готов говорить с кем угодно, черт возьми! Но я не могу присутствовать и гарантировать… Позови врача, пожалуйста. Может, можно, бандаж какой-то надеть?

Приподнимается на локтях.

— А вот этого не надо! — давлю на плечи, укладывая обратно. — У тебя полостная была. Не вздумай вставать раньше времени. Всë будет нормально. Я не буду его провоцировать. Но и план тренировок из-за него срывать мы не будем.

И да — ему хочется сказать, ты имеешь право на отношения. Но не в среде! Не на виду у Рустама! Потеряйся и всем станет легче жить!

Но он никогда не скажет. Бессо болезненно справедлив в ущерб себе.

Да мне и на надо говорить. Я лучше него это знаю и понимаю.