Соль этого лета

— Алëн?!

Сжимаюсь, боясь дышать. Тарханов, не Ваня. И что-то мне подсказывает, рук жать не будет, если увидит меня рыдающей.

Делаю глубокий долгий вдох.

— Я посплю, ладно?.. — не дыша шепчу я.

— Всë хорошо? — настороженно.

— Мхм…

— Ладно.

Чувствую, что смотрит. Выходит наконец-то. С облегчением, рвано выдыхаю.

«Я люблю тебя!» — приходит от него смска.

Котёнок мой…

Но малодушно ничего не пишу в ответ. Это очень больно — не писать ему в ответ признаний. Но мне страшно писать, и смести этим последнюю дистанцию. Слишком всë вокруг остро!

Выключает практически мгновенно.

Сквозь сон слышу голоса на улице. Окно открыто.

— Отбой! — голос Марата, он будит окончательно.

Сонно поднимаюсь.

Ну и чего я ревела?

Просто внутри меня давно живёт истерика. С тех самых пор, как выхватила всю эту жесть от Рустама. Я тогда её не прожила. И теперь она живёт как зверь в клетке. Я её не выпускаю и сейчас. Но иногда она прорывается ненадолго.

Беру полотенце, иду в душ.

— Алёна Максимовна! — затаскивает меня Люба за локоть к себе.

— А?

— Вы совсем обалдели? — показывает на кровать, держа в руках покрывало.

Там — дар от Тарханова! Убейте меня.

Всё в презервативах!

— О, боги! — закрываю ладонями лицо.

Я забыла совсем про них!

— Это покушение, я считаю! — хихикает Люба. — Ты хочешь, чтобы я от зависти умерла? Или это патроны для расстрела самолюбия Рустама Давидовича? Тогда почему в моей кровати??

— Люба! — страдальчески вздыхаю я. — Давай их выкинем просто.

— Да сейчас же! Столько добра… Ты в душ шла? Иди, — выпроваживает меня за дверь.

В душевой поднимаю горящее лицо под прохладные струи воды.

Ну что за день такой, а? Скорей бы закончился…

Глава 32. Накосячить

Засунув чешущиеся кулаки в карманы шорт, смотрю в окно.

— Миха, извинился… Держи себя в руках, — убеждает меня Яша.

— Мхм…

Если я с ним сцеплюсь, Алёна опять скажет, что я пацан. И не контролирую эмоции.

А я контролирую.

— Ну, ладно тебе, Мар, и мы в таком духе шутили с Максимовной. Не надо устраивать войну после того, как они дали заднюю и извинились.

— Я и не собираюсь.

— Ну и славно, — выдыхают пацаны.

— Но я поговорю…

— Не надо! — хором и наперебой. — Тогда все будут не догадываться, а точно знать, что вы с Аленой замутили.

— Нда.

А так, я как лох должен молчать, когда к моей девушке пошло подкатывают?

— Ну, разрулили без тебя!

— Вот именно — без меня.

— Давай так: пока — замяли. Будет ещё один заход, тогда уже наедешь? — предлагает Яшин.

Это очень нелегко для меня. Нет, я не собираюсь лезть в бутылку и устраивать драки. Но не заступиться, не показать, что я дам ответку на грубость в еë сторону…

Выхожу из комнаты, мне там тесно от огня бушующего в теле. В холле у кулера несколько дзюдоистов с Мишей.

Мы застываем с ним глаза в глаза.