Я. Хочу. Тебя. (СИ)

Вздымается подо мной все сильнее. Так, что под конец я начинаю раскачиваться на ней, как на качелях.

С того самого момента, как меня друзья уговорили пойти в клуб. Как узнала про ставки Кости. И до настоящего кошмара, который начался после того, как меня втолкнули в комнату администратора в баре. Ничего не утаиваю. Разве что опускаю свою дикую реакцию на него тогда,  в клубе. Ну, и про свой побег, конечно, тоже предпочитаю не напоминить. Зачем его злить еще сильнее?

– Почему сразу не сказала?

Рявкает под конец.

– Я…

Черт!

Была же спокойна, а теперь снова всхлипываю!

Всю жизнь учусь преодолевать трудности спокойно. Ведь каждую проблему можно разрулить, верно? Любой вопрос решить! Все это закаляет нас и делает сильнее!

Но теперь. Когда разложила все по полочкам. Сказала вслух…

Черт!

Мне жалко себя до слез!

Хочется сжаться в комочек и спрятаться за этой огромной грудью! От всего мира! Только грудь эта не факт, что сама не несет в себе самой большой угрозы!

– Я боялась.

А ты… Ты же рычал все время! И что теперь будет? Ты отдашь меня обратно, да? Или… Отпустишь… Домой?

Ну да. Размечталась. Домой. Он завод за меня отдал.

А вот обратный обмен очень даже возможен!

Он наверняка к опытным привык. Зачем ему неумелая девственница?

Еще вон и неудовлеторен остался. А мужчина, когда неудовлетворенный, он диким, жутко злым становится! Костя, и то вон как сорвался! Там более, после того, как уже вошел… А пар все равно не сбросил! Вообще поражаюсь, как он так долго слушал весь мой рассказ!

– Арман?

Слишком долго он молчит.

Думает, как провернуть сделку обратно? Переиграть?

– Что теперь со мной будет?

Опять сжимаюсь. Не замечаю, как вонзаюсь ногтями в каменную грудь.

Даже срываю несколько. Вздрагиваю, замечая на его коже выступившие капельки крови.

– Ты это что?

Обхватывает мой затылок своей огромной пятерней.

– Подраться решила? Отомстить? Кровь за кровь?

Рычит. Но тут же чувствую, как запрокидывает голову.

Хохочет.

А звучит, будто раскатистый гром громыхает. Чуть до дрожи своим хохотом стены не доводит. Хотя… Кажется, они все-таки подрагивают! Или началось землетрясение?

– Никуда ты не пойдешь, – вдруг обрывает грохочущий смех. Становится серьезным. Хмуро смотрит на меня исподлобья. – Завод будешь отрабатывать. Во всех позах. Чего не умеешь, придется учить. Так что настраивайся, кошка. Придется поучиться быть не дикой. А мягкой. Податливой.