Я буду твоим единственным

- Ты чего такая злая? - улыбается Илья. Он откидывается на стену, как на спинку стула, и чуть шире разводит ноги. Зачем-то. - Помою я ее за собой, - подмигивает.

- Не утруждайтесь, я сама помою, - отрезаю таким тоном, будто собираюсь ее натирать с хлоркой. Тут же жалею! Я переигрываю, перехожу черту, так можно ответить бывшему мужу, но никак не боссу.

Илья смотрит на меня. Ставит чашку на стол.

- Полина, переходи ко мне на плановые операции, - говорит он серьезно. Все вокруг молчат, мы в центре внимания. - Все самые интересные случаи будут доставаться мне. Сколько можно на аппендиксах стоять? Пошли на передовую?

«Ветров хочет тебя», - в голове звучат слова Ашотовны.

И Сережа тоже хочет. Об этом стоит помнить. А еще Сережа хочет, чтобы я работала на пятидневке. И проводила вечера с ним.

Двое мужчин моей жизни — бывший и настоящий — хотят одного и того же. Поразительное единодушие.

- Мне надо подумать, - говорю я. У нас не официальный разговор, поэтому я могу себе позволить подобное. - Хотя бы до утра.

В сестринскую заходит Вера, окидывает нас взглядом и смущенно здоровается. Рентгенолог тут же начинает над ней подшучивать. Я немного расслабляюсь. Минут через десять к нам заглядывает сестра из приемной:

- Илья Викторович, вот где вы! Можете спуститься глянуть снимки? Там что-то непонятное."

"- Вау, - говорит Ветров, поднимаясь. - Прям непонятное? Заинтригован! Спасибо за чай, девушки. Иван Дмитриевич, отрывайте свою пятую точку от табуретки, дайте нашим феям отдохнуть, - продолжает вроде и в шутливом тоне, но рентгенолог тут же кивает и вскакивает. Это была не просьба.

- «Феям», - кокетливо смеются девушки, переглядываясь.

Когда за врачами закрывается дверь, я смотрю на свою кружку и понимаю, что больше Илья не сделал ни глоточка.

- Сходишь со мной до лабы? - спрашивает Вера. - Одна я боюсь. Там творится черт знает что. Скорые в очереди стоят.

- Да, конечно. Тань, если что-то срочное, сделаешь дозвон?

- Иди, - кивает Алиса. - Ветров все равно спустился вниз, а без него не начнут твою операцию.

Я прищуриваюсь. Вроде бы ничего особенного она не сказала, но тон ее мне не нравится. Это не я к Илье Викторовичу попросилась в команду, он сам захотел меня видеть рядом. И это заслуженно, потому что все эти годы я пахала как лошадь! И с его операций выхожу мокрая и вымотавшаяся.

Читать мысли хирурга крайне энергозатратно, между прочим.

Вера тянет меня за руку, и мы выходим в коридор, идем к лестнице. Спускаемся на первый этаж. Петь больше не хочется. Чем ближе мы к приемке, тем громче шум. Охрана, конечно, дежурит внизу, но зачастую это либо мужчины предпенсионного возраста, либо совсем юные парни. Увы, нас охраняет не спецназ.

Мы переглядываемся и ускоряемся. Сестры второго этажа в приемку спускаются редко.