Я ненавижу магические академии

Я себе такой же хотела, почти папу уговорила, даже чехольчик к нему купить успела, голубенький.

– Что вы себе позволяете, фьорд? – высокомерно спросила я.

– Я? Могу позволить себе купить это бельишко для прекрасной фьорды, – довольно сказал он, – с условием, что мне его покажут на себе.

И ухмыльнулся так плотоядно, что сразу ясно, заинтересован он не столько в том, чтобы это белье на мне посмотреть, сколько в том, чтобы его с меня снять. От наглости такой я даже растерялась. Как-то до сих пор моя фамилия ограждала от подобных предложений. Никто же не может всерьез рассчитывать, что девушка из семьи Берлисенсис отдастся за комплект белья, пусть даже и синьского шелка. Да там даже кружева не ручной работы, так, фабричная поделка!

– Где-то я твою мордашку уже видел, – продолжил он, видимо, посчитав, что я раздумываю, в каких выражениях выразить свое счастье от его предложения, – но не здесь. Даже странно, что я тебя раньше в Академии не встречал. Волосы собственные или, может, иллюзия?

И потянулся, чтобы потрогать. Видно, уже посчитал, что купил. Вот когда я пожалела, что Фиффи со мной нет. Теперь все время буду с ним ходить. Фиффи – вот лучшая защита девичьей репутации. А пока я просто стукнула по наглой руке, смерила этого торгаша презрительным взглядом и пошла к выходу.

– И откуда ты, такая гордая, вылезла? – бросил он мне в спину. – Пару дней мое предложение в силе. А потом другие желающие найдутся.

У выхода терпеливо дожидался хозяина грифон. Крупный, явно мальчик, породы фринштадский короткоклювый, как моя Майзи. Сразу видно, из хорошего грифятника, скорее, Грасси, но, может, и Крейг – у них тоже неплохие экземпляры фринштадских бывают. Но моя девочка была из грифятника Грасси, у них, конечно, подороже, зато всегда – высшего качества.

– Покатать? – раздалось над ухом вкрадчивое.

Я развернулась и пошла к общежитию факультета Земли. Тоже мне кататель нашелся! Да я на грифона села раньше, чем ходить начала, а он даже уздечку на своего правильно надеть не может!

Зла я была на этого хама как никогда раньше. Была бы чайником – выкипела бы еще по дороге к общежитию. И только когда я очутилась в своей комнате, поняла, что даже и не попыталась направить его мысли в так нужную мне сейчас сторону. Деньги у мальчика явно были, а что еще нужно для счастливой семейной жизни? Но он совсем меня не привлекал в этом плане. Не было у него того, что называется воспитанием, в отличие от Хайдеггера и Кьеркегора. На лицах тех двоих порода была видна сразу, а этот – как дворняжка в ошейнике с бриллиантами – ни воспитания, ни достоинства, лишь деньги и спесь. Фу, гадость какая! Делать было совсем нечего. Я от скуки даже полистала томик со страшным названием «Минералогия», но поняла, что так и заснуть можно, не дождавшись ужина.