Я Гордый

— Ну привет, как сам? — Лихобор все так же сидел за столом и перебирал бумаги.

— Сказал бы, что норм, но не могу. Раз я тут, значит, опять помер?

— Помер? Нет, просто перенапрягся и потерял сознание. Через пару часов оклемаешься, не переживай. Как тебе вообще тело? Не жмет, не давит?

— Да вроде нормально все. Даже провел, так сказать, экстремальные испытания.

— Ну вот и отлично, — довольно улыбнулся он. — Я, кстати, чего тебя позвал — предупредить хотел.

— Я сплю и мне это все снится?

— Нет.

— Я был сильномогучим магом, богом, спецназером, которой переродился в тщедушном тельце, которое сейчас мочат в сортире⁈

— Да нет же!!!

— Лексус и Вован на самом деле один и тот же человек, и это я? Кстати где они номера всяких политиков берут?

— Да откуда такой бред!!! — заорал он.

— Ну, тогда самое страшное предположение — я будущий президент Пиндосии.

— ТЫ МЕНЯ УТОМИЛ!!!

— Да ладно, ладно. Чего орать-то так. Я просто предположил самые страшные сценарии своей жизни.

— Этот мир не то, что кажется и видится, — выдохнул он, вытирая пот со лба. А я хорош, вон как за пару минут из себя его вывел. Но есть, куда еще расти. Так, стоп!

— Что значит — не то, что кажется? Я пока вообще не понимаю, что мне видится и кажется. И да, объясни мне, что у меня за нездоровая тяга к сестрам и откуда такое желание всех поиметь? Нет, я понимаю, что красавчик и все меня хотят, но почему я тоже хочу всех, невзирая на моральные нормы и правила?"

"— Всему есть причина, — закатил он глаза, косплея Пифию из «Матрицы». Только печеньки, гад, не предложил. — И ты о ней скоро узнаешь. А пока хоти дальше и мучайся. Никто не говорил об легко и даром. За все надо платить.

— А можно выбрать навязанные услуги и отказаться от части из них?

— Нет, это не обсуждается. Договор заключен и изменениям не подлежит. Кстати, как тебе магия?

— Не, ну это, конечно, лайк, вот только я в ней не понимаю ни хрена. Как ей управлять, откуда она берется, что там с источником и вообще, требую инструкцию по эксплуатации!

— Да кто ее читает, — отмахнулся он.

— Читают. Ну, правда, обычно после того, как окончательно сломают. А мне бы этого не хотелось.

— Ладно, получишь инструкцию, как учиться начнешь. И помни мои слова!

— Это какие? Ты мне знатно голову заморочил, и теперь я не помню, все ли я помню.

— Вали уже, как ты мне надоел! — завыл он, и меня опять накрыла тьма. Нервный он какой-то. Может, стоило ему валерьяночки предложить попить или настойки на березовых почках? И что он вещал про мир? Не такой, как все? Так это я так вижу, тоже мне, Пиндосию открыл. Поживем — увидим.

Ладно пора приходить в себя, а то я уже чувствую знакомый запах и нежную руку на моей голове…

Глава 20

Глава 20

— Оленька, свет глаз моих, как я рад, что ты рядом, — прошептал я.