Я Гордый

— Откуда ты знаешь, что это я? — раздался ее довольный голос.

— Твои прикосновения я ни с чьими другими не перепутаю, — улыбнулся я и наконец открыл глаза. — Как все прошло? Я дал жару и огня?

— Дал жару, дал. Могу тебя поздравить — ты витязь, хотя по силе удара на слабого воеводу потянул. Если бы всеми стихиями ударил, то точно бы его получил.

— Если бы я всеми ударил — хорошо, что воздух пока мне недоступен, — то думаю, помер бы от перенапряжения. Так что витязь — это тоже круто.

— Ну еще бы, — ко мне подошла мама, которую я сразу не заметил. — Самый молодой витязь в истории, единственный маг-мужчина в мире, наследник великой империи — и все это мой сын! Горжусь тобой, сыночек, -поцеловала она меня в лоб.

— Ты еще забыла, что он холостой, мама, — подсказала сестра.

— Боюсь, такими темпами недолго ему ещё ходить без обручального кольца.

— Я буду гневно ругаться, отбиваться и кусаться, — сразу предупредил я. — Не люблю украшения, особенно всякие кольца и тем более обручальные. Я еще не нагулялся и вообще, молод и жизнерадостен. Чего я вам плохого сделал, если вы мне хотите испортить жизнь?

— Все зависит от твоего отца, а он решительно настроен на внуков.

— Ты слишком молода, мама, чтобы я позволил кому-то называть тебя бабушкой. Так что пусть папа засунет свою решимость в сейф и запрет ее там на пару лет точно. Жениться я не буду, и точка. И вообще, мне все кандидатки не нравятся.

— Почему? — удивилась она. — Красивые девушки.

— Ма-а-ам, посмотри на них и на себя, или на Олю. Вот где эталон женской красоты и желания. А эти пигалицы даже рядом с вами не стоят.

— Какой же ты у меня глупый, — довольно рассмеялась она, обнимая меня. — Но выбор все равно придется сделать, рано или поздно.

— Согласен на поздно, — тут же отозвался я, устраиваясь поудобней. — А сейчас вообще сколько времени? Уже пора вставать или скоро ложиться?

— Сейчас десять вечера, так что решай сам. Ужин я распорядилась принести сюда, если захочешь поесть, то все на столе. Ладно, сынок, отдыхай, до завтра. Оль, ты идешь?

— Чуть позже, мама. Я хотела бы поговорить с Сергеем.

— Хорошо, милая. Но не слишком задерживайся. Ему нужен отдых.

Дверь закрылась, и мы остались вдвоем.

— Ты есть будешь? — спросила она, поправляя мое одеяло.

— Неа, — прислушавшись к себе, я понял, что, как ни странно, не голоден.

— Ну, тогда двигайся. Сегодня я сплю у тебя, — тут же заявила она, скидывая с себя платье и оставаясь в короткой маечке и трусиках.

— Может, не надо? — сглотнул я набежавшую слюну.

— Надо. У тебя от перенапряжения могут быть спонтанные выбросы магии. Поэтому надо проследить.

— А может, тогда лекарское крыло…

— Ты не хочешь, чтобы я у тебя оставалась? — нахмурилась она, залезая под одеяло.

— Оленька, это мое самое большое желание.