Я тебя рисую

Я же обрел способность оборачиваться, но внутри остался тем же, кем был – арманцем. И сейчас вздохнул, ощущая кровожадную радость предстоящей битвы. Ориан Ал лишь качал укоризненно головой, когда слушал мои мысли. Порой он напоминал мне старого Риноса, моего наставника Ао. Тот тоже умел одним лишь коротким и грустным вздохом выразить все глубину сожаления за мое неподобающее поведение.

Я знал, что драконы недалеко, даже в человеческом теле чувствовал их, хоть и не так явно.

Отошел от генералов, окидывая взглядом войска. Мы уже видели армию неприятеля, первые шеренги, прикрывающиеся щитами, снежных барсов за ними, конницу…

Я уже готов был махнуть рукой, отдавая приказ атаковать, но тут начались странности.

Небо потемнело так резко, что я изумленно вскинул голову. Над нами зависла туча. Огромная, серая до черноты, разбухшая, словно жаба, готовая лопнуть и забрызгать всех тухлой болотной водой. И стоило мне подумать об этом, в глубине тучи что-то громыхнуло, и из нее посыпался… снег! Огромные белые хлопья, как будто в вышине кто-то опрокинул на долину мешок с мукой, и она сплошным потоком сыпалась вниз, совершенно закрывая обзор!

– Первый Дракон! – изумленно выдохнул Дариарх.

 – Это что, снег?

Мы обвели взглядом цветущие деревья, сочную траву и заросли диких ягод, которые все быстрее покрывались белой пеленой. Лучники опустили арбалеты, потому что в таком мареве поразить цель почти невозможно.

– Убрать! – приказал я хранителям. Те вскинули руки и покраснели от натуги, силясь сдвинуть с места упрямую тучу.

– Гвоздями она прибита, что ли, – застонал один из них. Туча плюнула в нас снежным комом и величаво поплыла в сторону.

– С ледников занесло, верно, – пробурчал Дариарх."

"Я кивнул, насторожено осматривая заснеженную долину. Лучники снова натянули тетивы, а противник зашевелился, выползая из сугробов. Но на этом странности не закончились. Поднялся ветер. В долине, закрытой со всех сторон скалами, непонятно откуда завертелся настоящий морской шторм, разбрасывая комья снега и дико завывая. Лучники попадали, внизу солдаты пытались устоять под этими бешеными порывами, что расшвыривали их, нарушая четкость строя. Какой строй, они ползали по сугробам, даже не в силах подняться.

– Это магия!! – заорал генерал. – Проклятые Первородные, их проделки!

– Нет, – оборвал я Дариарха. – Посмотри на них!

Конница противника валялась в сугробах, лошади возмущенно ржали, а крылатые воины сидели на снегу, сложив крылья. Лететь при таком ветре невозможно.

– Но кто тогда? – изумился генерал.

Между тем ветер стих, и стало тихо. Как-то слишком тихо. Солдаты тревожно озирались, отряхивали снег с кирас и оружия, торопливо восстанавливали нарушенный строй.