Я тебя рисую

Так же, как и брат скучал, когда меня учили применять дар для искусства быть хорошей женой и матерью…

И вот теперь я лихорадочно пыталась вспомнить и сообразить, как нарисовать такой переход. Что это должно быть? Дверь? Или просто проем в стене? Как это сделать? Как определить место разрыва контура силы? Клочки знаний плавали в моей голове, словно переваренная морковь в жидкой похлебке: пресно, невкусно и нерезультативно. И я отчаянно пыталась собрать воедино разрозненные знания.

* * *"

"За этими мыслями не заметила, как мы дошли до родника, и, лишь услышав шум воды, подняла голову.

Это был даже не родник. Небольшой водопад, низвергающийся со скалы вниз. В тонкой водяной взвеси дрожала радуга, и я с радостным вздохом засунула под струю грязные руки. Умывалась долго, фыркая от удовольствия и с наслаждением глотая прохладную воду. Линтар сполоснул лицо и сразу отошел, так что плескалась я в одиночестве.

Когда смогла наконец оторваться от воды и повернулась, увидела, что арманец сидит, положив ладони на землю и закрыв глаза. От его рук бежали огненные дорожки, словно змейки терялись в траве.

Он, казалось, прислушивался к чему-то. Не желая мешать, я отошла в сторону, добрела до кустов с темными ягодами, принюхалась, решая, можно ли их есть.

– Можно. Съедобные, – негромко сказал за спиной Линтар.

– Ты что, мысли мои читаешь? – не выдержала я.

– Нетрудно догадаться, – пробормотал он, все так же не открывая глаз и не меняя позы.

Я отправила несколько ягод в рот, наслаждаясь сочной мякотью.

– Что ты делаешь? – поинтересовалась у арманца.

– Пытаюсь понять, насколько далеко загонщики.

– Кто они? И почему все так их боятся?

Арманец поднял ладони, и огненные искры исчезли с его кожи.

Он встал, отряхнул штаны.

– Загонщиков можно назвать дальними родственниками арманцев. У нас общий предок – дракон, обернувшийся человеком. Но дальше их развитие пошло другим путем. Арманцы совершенствовали в себе магию и разум. Загонщики – силу, выносливость и близость к природе. Они гораздо больше ящеры, чем мы или даже сами драконы. И гораздо меньше – люди.

– Они разумны?

– Да, но их разум отличается от нашего.

Он замолчал, но на его лице я уловила тень сожаления.

– Ты понял, где они? Эти… загонщики?

Арманец придирчиво осмотрел свою одежду, вытащил клинок, на котором темнело клеймо Ранххара, и сжал рукоять в ладони. Когда раскрыл, клейма не было, только черное пятно, выжженное его огнем.

– Они везде, Ева, – бесстрастно сказал он. – Это их земли.

– И что будет, если мы их встретим? – тихо спросила я. Арманец поднял голову, скользнул по мне взглядом.

– Не бойся. С тобой все будет хорошо. Идем.

Я набрала в бурдюк воды и пошла за Линтаром.