Я ухожу, любимый

До сих пор в голове не укладывается, что она собрала вещи и ушла. Молча! И теперь постоянно вне зоны моего доступа. Я не знаю, где она. Я не знаю, как она. Что, с кем. Это нехило коробит. Как будто в любую минуту может что-то случиться.

Вчера я приезжал домой к ее маме, но дверь мне ожидаемо никто не отворил.

А еще сжирает странное ощущение: непривычно возвращаться в пустоту, холод и тьму. Никто не ждёт, никто не радуется и не согревает меня теплом солнечной улыбки. Нежно не прижимается ко мне, на щеке не горит пламя мимолетного поцелуя. Без Зорины, обычно уютная и светлая квартира быстро превратилась в мрачную изолированную ото всех холостяцкую берлогу. И даже видеть никого не хочется…

Ладно. Надо идти.

– Акрам приехал! – громко приветствует меня мама, оповещая собравшихся о моем появлении. Из гостиной доносятся радостные возгласы и увлеченные беседой голоса.

– Привет, мам, – сдержано здороваюсь я, стараясь выдавить из себя подобие улыбки.

Обнимаю ее и поскорее отхожу в сторону.

– Я смотрю, ты сегодня один?

– Как видишь… – бросаю через плечо, нет желания обсуждать это.

– Ну и пойдем ко всем, ты как раз вовремя, скоро садимся за стол.

Мне приходится поприветствовать гостей, каждому уделив немного внимания. Конечно, «заценить» пару шуток и отмахнуться от неуместных вопросов. Всех вдруг дико заинтересовало: какого же рожна я приперся без Зорины? «Или разругались, а ну, признавайся!»

Да-да. Разбежался. Взял и все им на ходу выложил."

"Вечер тянется неимоверно долго, время замедляет ход. Гости уже разбились на компании. Краем глаза я подмечаю, как отец, целуя мать в щеку, выходит из-за стола и удаляется в неизвестном направлении.

Тяжесть чьей-то руки резко выводит из раздумья. Я мгновенно оборачиваюсь и тут же расслабляюсь, спотыкаясь взглядом о настороженное лицо сестры.

– Акрам. На минутку тебя, – просит она спокойно. Я без лишних разговоров поднимаюсь на ноги и уверенно следую за ней на балкон. У родителей мне душно, ощущение, будто кислород перекрыли. А еще отвратительно где-то глубоко внутри. Пока топаю, кручу в руках телефон. Экран вдруг подсвечивается, и я жадно впиваюсь в него липким взором. Не Зоря. Разочарованно смахиваю уведомление: Ира написала.

– Что случилось? – взволнованно уточняет сестра.

Ее карие глаза разглядывают меня напряженно. На дне зрачков плещется неприкрытая тревога.

– Ничего, – рявкаю я, еще стараясь держать себя в руках. Взявшееся из ниоткуда отчаяние затапливает. Внутри что-то сильно жжется и колется.

– Ты себя в зеркало видел? Такое ощущение, что сейчас всех присутствующих загрызешь. Да и помятый ты какой-то.

– А ты, значит, смелая? Не боишься укусов? – огрызаюсь я зачем-то. Не могу взять себя в руки, от всего рвёт башню, любое слово, как искра.