Идеальная Эльза

– Сиротка Маттиас Вайс был прихотью моего отца и слабостью моей матери, – кровь гулко стучала в висках Кристиана, – это закончилось плохо, моя дорогая. Слабости надо искоренять в себе, а с прихотями бороться, не так ли?

– Вы не разжалобите меня этой старой историей, Кристиан, – парировала Эльза бесстрашно.

– Вы приходите из ниоткуда, – прорычал Кристиан, – врываетесь в чужой мир и пользуетесь нашими слабостями. Такие беззащитные, такие бедные, такие несчастные. И стоит лишь на секунду утратить бдительность, как вы лишаете нас всего, что у нас есть.

Эльза фыркнула – довольно пренебрежительно.

Она уже пришла в себя и теперь только покачала головой, глядя на Кристиана со свойственным ей упорством.

– Я не Маттиас Вайс, – ответила она. – И я на вашей стороне во всем, что не касается Ганса.

– Ганса, Анны Гё, черт знает чего еще! Вы наносите мне удар за ударом!

Она проворно развернулась, приблизилась к двери и повернула ключ в замке. Кристиан крупно вздрогнул от резкого щелчка.

Бедный Карл Фосс, подумал он отстраненно. Что он воображает, слушая из приемной крики и звон разбитой чашки? А теперь еще и это.

Меж тем Эльза вернулась в центр кабинета, осколки хрустнули под ее ботинками, снова фыркнула, как рассерженная старушка, а потом принялась расстегивать пуговицы на жакете.

У Кристиана глаза на лоб полезли.

– Ну, хватит, – пробормотал он. – Это уже слишком, Эльза.

– Если вы думаете, что я молча уйду из этого кабинета, а потом целую неделю буду от вас прятаться и писать вам записки, то не на ту напали, Кристиан. – Эльза кинула жакет на кресло и потянула за бант на воротнике блузки. – Мы многое друг другу наговорили, и вчера я захлопнула дверь перед вами, а вы едва не до утра горланили похабные песни на весь квартал… Откуда, кстати, наш милый семинарист Аккерман знает столько дрянных песенок?.

. Но вы спросили, как далеко я зайду…

Блузка полетела вслед за жакетом. Эльза взялась за шнуровку юбки."

"– Так вот: я пойду до конца.

Перешагнув через тяжелую ткань, Эльза в одной сорочке подошла к Кристиану и села к нему на колени.

– Черт бы вас побрал, – Кристиан отодвинулся вместе с Эльзой и стулом, чтобы дать им свободное место. – Вы совершенно точно спятили.

– А вам не приходило в голову, – низким грудным голосом спросила она и поцеловала его в подбородок, – что и вы тоже – моя слабость?

Она погубит его, успело промелькнуть в голове Кристиана, прежде чем он потянулся к ней с поцелуем и рванул с плеч тонкий шелк.

Он был опустошен их ссорой, похмельем, гневом, и первобытный голод теперь терзал его, как стая гончих. Одним рывком Кристиан пересадил Эльзу на стол, уложил на спину, развел в сторону ее колени и набросился с жадными и лихорадочными поцелуями, едва удерживаясь от того, чтобы не пустить в ход зубы.