Игра на вес золота

Мало того, в транспортной авиации, как я очень скоро поняла, кормить пассажиров не принято, так как, видимо, всё, что находится в грузовом отсеке, считается просто «грузом», в еде не нуждающимся. Так что, сами понимаете, с трапа я сошла злая, уставшая, зверски голодная и при этом жутко лязгала от лютого холода зубами.

Не удивляйтесь: когда я улетала из Москвы, а на сборы мне оставалось после долгой беседы с генералом всего полчаса, погода в столице стояла жаркая, градусов 25 по Цельсию, и одета я была соответственно. Во льняной короткий сарафанчик голубого цвета и босоножки цвета василька. Из самолёта же я вылезла, кутаясь всё в тот же, к счастью, захваченный мной из Москвы тоненький пуловер. Ибо у нас в конторе так много заботливых сотрудников, но, как всегда, никто не потрудился предупредить хрупкую девушку, что на побережье моря Лаптевых в сентябре запросто может идти мокрый снег с дождём, а температура воздуха частенько не превышает отметку в плюс 2 градуса. Правда, опять-таки справедливости ради необходимо уточнить, что генерал посоветовал мне прихватить тёплую одежду. Но я же не знала, что, оказывается, он имел в виду ватные штаны и овчинный тулуп, который следовало надеть поверх стёганой телогрейки! Вот при таких неблагоприятных для моего хрупкого девичьего организма обстоятельствах и подвернулся мне под руку означенный выше начальник заставы. Конечно, оказался он на аэродроме не случайно, а специально встречал меня по звонку из Москвы."

"— Капитан Омулев, начальник здешней пограничной заставы, — коротко представился он, и что было особенно приятно, без промедления заботливо укутал меня в огромного размера белоснежный овчинный полушубок, и только после этого доброжелательно поинтересовался, как я долетела. Услышав мой не слишком любезный ответ, усмехнулся и для начала сразу, там же, на аэродроме, пригласил меня, как он выразился, в ресторан, правда, со странной покосившейся от времени вывеской «Пельменная». Увидев название этого заведения, я даже не насторожилась, потому как от голода и холода уже начинала терять сознание. Накормили меня там, правда, по-царски. И вот пока капитан умасливал меня роскошным обедом, я успела в общих чертах узнать, что здесь всё-таки произошло.

Со слов начальника заставы, который на протяжении всего рассказа с живым и неподдельным интересом наблюдал, как я уписываю за обе щёки настоящие сибирские пельмени с густой и жирной сметаной, выяснилось, что не далее как позавчера, примерно в 14.00, пограничный наряд в составе старшего сержанта Посевкина и ефрейтора Лопехо обнаружил на побережье выброшенный на берег надувной спасательный плот.