Игра нипочём

Дешёвая машина легонечко тюкает дорогую, и, пока владелец выскакивает оценивать нанесённый ущерб, хватают из автомобиля сумку, барсетку, что там ещё и – Митькой звали…

Кажется, это был всё-таки не тот случай. Увечий «Мерседесик», как сразу понял Песцов, практически не понёс. Бамперы у него были пластиковые, но очень мощные. Спружинили под натиском «Жигулей», всего-то делов. Да и виновник был на грабителя совсем не похож, вернее, на грабительницу.

– Так, – подобрел Песцов. И грозно сплюнул – не всерьёз, скорее уж порядка и назидания ради.

Из заглохшей «девятки» вылезла невзрачная, худенькая девчонка, трясшаяся не от холода – от пережитого.

– Ох ты Господи… – расплакалась она. – Простите, дяденька… Купили вот машину, в такие долги залезли… Ведь говорила я своему, не пей, Вася, не пей, ни Петру Иванычу, это папа мой, ни братцу своему Федьке обкуренному не наливай… А им чё, им одно, как же не наливай, а машину обмыть. Вот и спят, на ночь глядя покататься поехали… А у меня права с месяц всего… Вот я, вот я и… – Она посмотрела на Песцова, затем на «Мерс», затем снова на Песцова. – Господи, дяденька, только милицию не вызывайте… Ну пожалуйста, не вызывайте… Начнут бумаги писать… А у нас по доверенности, ни страховки, ни техосмотра… И мой только полгода как вышел, да ещё спьяну…"

"Как бы в подтверждение её слов заскрипела задняя дверца и на воздух вывалился звероподобный мужик.

– Это что же такое, блин, а? – зарычал он, пытаясь разлепить опухшие зенки. – Нюрка, ядрёна вошь, я тебя спрашиваю! Ни жрали… ни пили… каждый рупь… а ты новую машину бьёшь? Эй, Петр Иваныч, иди посмотри, что тут твоя… Мало что не девка была, так ещё и машину… Ни жрали, ни пили… а она её, сука…

– Господи, дяденька, миленький, ну скажите вы им, – в голос зарыдала Нюрка. – А то они меня… И свекровь…

– Нюрка, сука, это ты что? – Из машины вылез неопределённых лет алкоголик, предположительно Петр Иванович, высморкался в два пальца. – Тебе, дура, сказать, сколько у него машина стоит? Эй, Федька, вылазь, посмотри, что твоя сеструха дура отчудила…

«Ещё и Федька, – обречённо подумал Песцов. Бояться их – ещё не хватало, было больше противно. И жалость к девчонке успела смениться брезгливостью. Родителей, как известно, не выбирают, но вот дальнейшую-то судьбу?.. – Милицию, что ли, действительно вызвать? Или просто сесть да уехать?..»

– А ну на хрен, неинтересно, – хрипло подал голос из машины невидимый Федька. – И закрой, батя, ворота, такую мать. А то, такую мать, дует.

«Уеду, такую мать», – в тон подумал Песцов, но претворить своё намерение в жизнь не успел.

– Тихо, – раздался Нюркин голос у него за спиной. Это был совсем не тот голос, что поначалу, и Песцов замер на месте даже прежде, чем в позвонок ему упёрлось что-то твёрдое.