Игра в отрезанный палец

Если б сразу занялись им, как убийством, можно было бы просто зайти в соседний кабинет и посмотреть у коллеги-следователя это дело.

Постучав в дверь, зашел Занозин.

— Грищенко живет на Подоле, но дома его сейчас нет. Я звонил.

— И что сказали?

— Жена сказала, что нет и не знает, когда вернется. Виктор задумался.

Сидеть самому в райотделе и держать «на привязи» стажера не хотелось. Так можно всю ночь прождать и в результате только не выспаться.

— Завтра в восемь здесь, — Виктор устало взглянул на Занозина. — Садишься на телефон и не встаешь, пока не найдешь этого старлея.

Как только найдешь — поедем с ним говорить!"

"По дороге домой Виктор думал о своем сегодняшнем проколе. Надо было, конечно, раньше сказать Георгию о взрыве, но теперь уже поздно. Теперь надо было решать, как всю эту информацию подать пологичнее, как объяснить его путь к взорвавшейся квартире, не оставляя ни малейшей возможности Георгию связать это с поездкой Виктора в Москву. Но как это сделать?

Виктор вздохнул. Руки устало крутили руль. Даже ближний свет фар ехавших навстречу по Парковой Аллее машин больно бил по глазам. Хотелось спать.

* * *Квартира, которую снял для Ника и Сахно герр Хайнц, оказалась хоть и тесноватой, но довольно уютной. Несмотря на ее однокомнатность, два человека могли так разойтись по ее углам, что друг друга им было не видно, как ни старайся. В ней не было ни коридора, ни отдельной кухни. Просто сразу зайдя в дверь, человек оказывался носом к носу с маленькой двухкомфорочной плитой, рабочим кухонным столиком с вмонтированной в него раковиной и низким холодильником, втиснутым в пространство между столешницей и полом. Направо и налево без всяких дверей уходило жилое пространство.

Одно П-образное светлое помещение с окнами на обе стороны. Только одна дверь — в душевую-туалет — находилась справа, за «кухонным» утлом.

Дом был узким, трехэтажным, и на каждом этаже размещалось по одной квартире. Их квартира была на втором.

На одной половине комнаты стоял деревянный стол с двумя стульями, на полу лежал толстый пружинный матрас. На другой половине — только матрас.

Осмотрев квартиру, Сахно устало пожал плечами.

— У нас из этого бы трехкомнатную нагородили, — сказал он. — А чего окна без занавесок?

Теперь уже Ник пожал плечами.

Они оба были уставшие. Из Кобленца они выехали в двенадцать, а сейчас было пять и снова моросил дождь. Ехали с приключениями — то лимузин глох на подъемах, то выезжали куда-то не туда и снова приходилось разворачиваться и искать нужную дорогу, сверяя путь со схемой, которую нарисовал Нику карандашом гостиничный старик, работавший там, казалось, если не в три, то точно в две с половиной смены.

И вот, наконец, они приехали в Ойскирхен — небольшой городок на склоне огромной возвышенности.