Игра в саботаж

И этому секрету он успел обучить своих друзей и сотрудников, к которым чувствовал наибольшее доверие.

В стандартной обойме пистолета всегда помещалось восемь патронов. Но стоило один отправить в предохранитель и снять пистолет с предохранителя, как на освободившееся место мог поместиться девятый патрон. Конечно, подобный вариант не особо афишировался, ведь пистолет могло заклинить при стрельбе. Однако о возможности поместить дополнительный патрон хорошо знали те, кто профессионально занимались оружием и любили стрелять."

"Впрочем, Емельянов стрелять не любил. И каждый раз, когда ему приходилось воспользоваться оружием, стрелял в воздух. Больше всего на свете он боялся попасть в человека. Боялся того, что не сможет после этого жить. Но судьба, словно чувствуя, хранила его. И таких страшных эпизодов в его милицейской биографии пока не было. Поэтому табельное оружие Константина чаще всего находилось в сейфе, в рабочем кабинете.

То, что рассказал эксперт, позволило Емельянову сразу сделать определенный вывод. Человек, стрелявший в него, не работал в правоохранительных органах и не занимался оружием профессионально. Поэтому выстрелил восемь раз.

Осмотрев пули, Емельянов приступил к обыску квартиры, которую снимал актер. Делал он это лично и с большим удовольствием. Теперь взломать дверь и войти у него было полное право.

Первым впечатлением, которое сложилось у Емельянова, едва он вошел внутрь, было то, что в квартире находится слишком много вещей. Это больше напоминало бутафорию, чем жилую площадь.

Квартира была крошечной, она состояла из двух узких смежных комнат и кухни в веранде — пристройке. В одной из комнат и в кухне естественного освещения не было, поэтому в тусклом свете электрических ламп все казалось погруженным в полумрак.

В кухне была составлена в раковину грязная посуда, словно пировало здесь множество человек. И на кухонном столе оставались продукты: суп в кастрюле, колбаса, заплесневевший плавленый сыр. Бутылок с алкоголем не было.

А вот в комнатах начинались вещи, и было их огромное количество — наваленные на диван и кресло какие-то костюмы, плащи, свитера… Во второй комнате, в спальне, точно такая же груда вещей валялась на кровати. Все вещи были мужскими. Некоторые были явной бутафорией, театральными костюмами — например, бархатный, покрытый позолотой костюм.

— Актеришка, — презрительно процедил сквозь зубы один из оперов, приехавших в группе. Емельянов от комментариев воздержался. Как по нему, так это больше было похоже на скупку краденого, чем на жилище актера.

Денег, драгоценностей, оружия в квартире не было. Не было также найдено никаких личных писем и документов.

Емельянов все время хмурился, а когда обыск закончился, нахмурился совсем.