Играть, чтобы жить

Стена ходила ходуном – раздраженная планета вздрагивала своей шкурой, пытаясь скинуть в край охамевших насекомых.

Полторы минуты. Семнадцать тактов заклинания. «АПМ» переходит в режим самоподдержки, полоска маны начинает свой обратный бег. На то оно и «поглощение», а не «рассеивание»…

Зиккурат чуть поплыл, выверенную до микрон пирамиду перекосило. Магические связки начали давать слабину. Откат Высшего все ощутимей вдавливал меня в землю. Под ногами треснула базальтовая плита, из стены посыпались первые камни кладки.

Двадцать тактов. Да сколько же в него маны вкачали-то?! Предательски хрустнула ключица, теперь уже меня скособочило на подбитое крыло. За спиной зазвенели колокольчики лечебной магии – в дело вступила Зена.

– Портал закрылся, наши уже ушли! Чужие заклы получили всего девяносто шесть человек. Из сокровищницы переброшено семь тонн груза! До удара – четыре минуты! – тревожно отрепетировал показания таймера Стас.

Ответить не могу – зубы сжаты, а язык тяжел и неповоротлив, как у пилота-истребителя при девятикратных перегрузках. Магия щедро хлещет в астрал – каждый тик высвобождает из артефакта миллионы единиц ничейной маны. Планета счастливо давится, захиревшие и мумифицировавшиеся астральные сущности получают шанс протянуть еще пару столетий.

Пять секунд – тик… Двадцать третий такт… Рассеяно – четыре миллиона единиц, поглощено – сорок тысяч.

Пять секунд – тик… Двадцать четвертый такт… Рассеяно – восемь миллионов единиц, поглощено – восемьдесят тысяч.

Пять секунд – тик… Двадцать пятый такт… Рассеяно – шестнадцать миллионов единиц, поглощено – сто шестьдесят тысяч.

Пять секунд – тик… Крак!"

"Зиккурат вздрогнул, потерял очертания и как-то в одно мгновение осыпался белой костяной пылью. Посреди рукотворного бархана остался лишь огромный драгоценный камень – сердце пирамиды, квинтэссенция мощи артефакта. Тысячи граней бриллианта сверкали в холодном свете звезд и отражали багрянец лавовых потоков. Запертая в кристалле сила распирала его изнутри. Разумный артефакт не позволил уничтожить себя полностью, создав убежище и укрыв в нем самое ценное.

– Твою же мать! – только и смог прошептать я.

Кошусь на таймер, скриплю зубами от сжимающихся тисков цейтнота и кастую на себя левитацию. Кратчайшее расстояние от точки – прямая. Тем более в трехмерном пространстве.

Оборачиваюсь – вся звезда в сборе, толпятся за моей спиной и медленно приходят в себя. Впечатления от полновесного залпа новогоднего салюта – не более чем выстрел из жалкой хлопушки в сравнении с эффектом от применения Высшего Заклинания. Ты чувствуешь его остатками животных инстинктов – как звери чуют приближающееся землетрясение. Аура становится дыбом и пятнается метками присутствия.