Играть, чтобы жить

Гномов ожидало очередное потрясение…

После торжественной демонстрации Осколка Сердца Храма лично Патриарху Трору и представителям полуподпольного гномьего жречества я потребовал обещанные семь миллионов золотом и пять сотен мастеров для восстановления обороноспособности замка.

Гномы было заартачились, требуя выдать им артефакт на руки, и уж тогда… Что «тогда» — я слушать не стал. А ну как потеряют в подковерных жреческих играх или вызовут кого-то не того? Гефеста, скажем, тоже ведь покровитель мастеров. Причем это еще не худший вариант… Проблема в другом — Осколок Сердца имеет нейтральный окрас силы и способен посвятить храм любому из пантеонов.

Мне только не хватало своими руками усилить светляков…

И еще один момент — призвавший бога автоматически получает все его плюшки, согласно уровню Храма. Дары от Павшего и Макарии я обналичил, а вот умения Ллос подгребла под себя Руата. А ведь насколько хорош был Защитный Купол вокруг алтаря — даже Неназываемый на пару со своей ненаглядной бился об него четверть часа!

Нет, я, конечно, не претендую на точно такую же крутизну, ибо понимаю: Хитиновый Купол Абсолютной Защиты был воздвигнут в Месте Силы божества, круче только Личные Чертоги Ллос, уж там богиня выступала на пике своей формы, а явившиеся меня выручать испытывали максимальный дискомфорт.

Но все же…

Упускать из своих рук дары Ауле не хотелось. И хотя на первом уровне алтаря все они касались лишь крафтовых моментов — разномастные плюшки для кузнецов, ювелиров, артефакторов, но уже на четвертом круге Ауле неожиданно предлагал своим сторонникам весомую плюху — Молот Небес. Представьте себе танк, сброшенный с крыши небоскреба.

Бум! Даже если и не рухнет на голову — то рукотворное землетрясение от души ударит по ногам, дробя кости и кроша зубы в неосторожно распахнутых ртах. У военных моряков прошлого века даже был для таких травм специальный термин: «палубный перелом». Когда при попадании тяжелого снаряда бронепалуба под ногами отвешивает стоящим такого пинка, что кости не выдерживают нагрузки.

В общем, переговоры зашли в тупик — коротышки резонно опасались кидка либо стремились разыграть свою партию, я же уперто стоял на своем. Ситуацию разрулил Павший, явившийся в своей самой мрачной ипостаси — клубящаяся тьма в провале капюшона звездного плаща — и холодно поинтересовавшийся у гномов: достаточно ли им будет гарантий Верховного Бога?

Пока потерявшие дар речи коротышки согласно трясли бородами, я под шумок внес в договор восстановление обоих отдельно стоящих фортов, защищавших подходы к воротам, и кое-какие модификации замковых укреплений.

После прочтения нескольких трудов по фортификационному искусству понятие «тупо высокая стена» меня уже не устраивало.