Играть, чтобы жить

Безукоризненные камердинеры, привычно взвалившие на себя работу секретарей-референтов. Надёжные стражники, с которыми не раз стоял на стенах и тайком от сержанта прихлёбывал пиво…"

"Их всех собирали вместе – в зале ли, во дворе. Обнимали ничего не понимающих слуг, виновато отводили покрасневшие глаза, дарили напоследок забавные безделушки.

А затем скрипящий зубами комендант обнулил все текущие контракты…

Пулемётная череда хлопков, до боли зажмуренные веки, тяжёлая пауза…

И радостные крики вспугивают вороньё, вечно сопровождающее крупные армии и слетающееся к осаждённым замкам.

Антуражная фишка геймдизайнеров, будь они неладны.

Большинство неписей не пожелало раствориться в Великом Ничто. Давно уже уведённые в срыв, они продолжали переминаться на месте, удивлённо оглядываясь и несмело улыбаясь всеобщему ликованию. Неожиданно для себя кланы получили тысячи преданных соратников, разбавивших хардкорных игроков бытовыми персонажами.

Одни лишь казначеи задумчиво скребли макушки, высчитывая, сколько лишнего золота переплачено за одомашненных персонажей.

Улыбнувшись, отхлебнул горячего чаю из любимой кружки.

Однако знатно я надорвался, уводя в срыв строптивую внучку Кремня. Суровая и жестоко обломанная жизнью девчушка, совсем не верящая в сказки… Холод от чуть было не погасшей Искры накрепко угнездился в животе.

Ежечасно я пугливо замирал, сосредотачивался, прислушиваясь к ощущениям и убеждаясь, что яркий уголёк никуда не исчез и уверенно разгорается, восстанавливая былую силу.

Однако лёд не уходил. Травма скорее всего психологическая, вот и лечил я её соответственно – ароматными травяными примочками и жаром горячей керамики.

Лизка, прижимающаяся к спине упругими полушариями, намекала на более радикальную терапию. К сожалению, бремя лидера вязало по рукам и ногам, путая ответственностью и лишая мирских радостей. Времени на развлекаловку не было принципиально.

Довольствуясь малым, я удивлённо крутил головой и пытался понять, на что стал похож мой замок. Цыганский табор? Лагерь кочевников? Партизанский отряд?

Беженцы дымили кострами очагов, возводили шатры и навесы, коварно захватывали чужие кубометры пространства.

Несмотря на заселение всех крыльев Первохрама и сдачу под полевой лагерь внутренних колец между стенами первого и второго круга – было тесновато.

Ничего, потерпят. Вот отобьёмся – и добро пожаловать в Долину. А до этого – хрен я кого выпущу в поле! Заманчивый приз за снятие портальных координат Первохрама до сих пор объявляется светляками с помостов базарных площадей.

Хотя при теперешней скученности левого народа наши шансы отловить подготовленного диверсанта стремительно падали.