Игрок, забравшийся на вершину. Том 5 (СИ)

Журналистка, посмотрев на неё, непонимающе приподняла бровь и задала мучающий её вопрос. Она не видела того, что прислала эта девушка, но задание есть задание.

– А почему ты решила лично приехать, да ещё так рано? Мне кажется, тебе далось это с трудом. За окном две тысячи сорок пятый год, сомневаюсь, что ты не знаешь об интернете или дронах.

– Я… Хотела интервью… В смысле дать интервью.

– Вот как. И о чём оно должно было быть?

– О том, как я побывала в аду? – Собеседница подняла голову и её глаза блестели от восторга, что в корне не соответствовало её словам.

«Боже, неужели сумасшедшая?» – Мимолётно подумала журналистка.

***"

"Роза была тихой и застенчивой девушкой и, лишь пребывая в игре и перевоплощаясь в Мистическую тьму, она становилась совершенно другой. Её альтер эго будто реализованный синдром восьмиклассника в действии. Уверенная одиночка, считающая себя про-игроком. Но в игре это ещё нормально – быть соло-игроком, приключения и квесты не дадут соскучиться, к сожалению, девушка и по жизни было одинока. И если в игре она могла спокойно общаться и вести себя уверенно, то там, за пределами капсулы, у неё не было ни друзей, ни парня. Лишь родители, которые, занимаясь бизнесом, совсем не вспоминали о дочери.

Всё началось с ларца желания. А точнее, когда она всё же решила пересмотреть запись своего испытания. Увиденное всколыхнуло память, и Роза, резко выключив, отпрянула от монитора.

С самого детства она мечтала найти друга. Того кто поддержит её, поймёт и поможет в тяжёлой ситуации. Когда-то у неё был такой. Ей и соседскому мальчику было по девять лет, когда они познакомились и подружились. Время, проведённое с ним, было самым счастливым. Но длилось это ровно до того момента, пока его семья не переехала в другой штат.

Кто бы мог подумать, что из подобного воспоминания, которое она даже сама с трудом выуживала из сознания, можно создать нечто, что вызовет такой животных страх. Система будто пыталась заменить память новыми образами, где семья её друга вовсе не переезжала, а была разрезана на куски и рассована по пакетам, которые, вот же ирония, вывезены в другие штаты.

Снова и снова эти сцены ужаса повторялись, будто гипнотизируя девушку. И кто знает, как она поступила бы в случае, если бы подобный трюк провернули в реальности. Здесь же она была Мистической тьмой. Здесь она была сильной, а точнее была уверенна в этом.

Наружу вылезали её страхи одиночества, воплощённые всжигаемых заживо родителях и их криках, наполненных ужасом и болью. Подобная картина была взята из её детских фантазий, когда она продуцировала в порыве обиды: как было бы здорово, если бы родителей не стало.

Монстр в шкатулке коверкал детскую память, меняя до неузнаваемости.