Малыш от бывшего

Варшавский, конечно, сделает лучше в миллион раз, но он понимал, что для Ани каждый ее магазин был частичкой души, в них она вкладывала всю себя, свое сердце, свой талант. Это не просто бетон и железо, это состояние души и ее огромный талант.

—Если бы да…—Аня грустно улыбнулась, посматривая на сына, который в очередной раз делал кувырок назад. Интересно, кто его этому научил?

—Я решу, Ань, обещаю, что сделаю все, чтобы ты никак не пострадала в конечном итоге.

Ник качнулся на пятках и неуверенно шагнул в сторону Ани. Он не знал, мог бы он коснуться ее, хоть как-нибудь почувствовать тепло ее тела, ощутить незабываемый аромат ее волос. Девушка напряглась на мгновение, но выдержала близость Ника, позволяя мужчине прижать себя к его груди. Так стало легко и спокойно, словно тяжкий груз стянули с плеч и подарили телу легкость.

Ник прижал голову девушки к себе и нежно поцеловал Ветрову в макушку с одним желанием — забрать все ее горести, уберечь от всякого зла, спасти от печалей. Если бы он мог просто переключить девушку, то так бы и сделал. Но сейчас оставалось лишь пытаться все исправить с минимальными потерями.

—Мы все решим. Верь мне. Просто доверься, и ты поймешь, что все не зря.

—А что, если я просто боюсь. Боюсь тебе довериться, Ник. Я так долго собирала свое сердце по осколкам, что просто не могу позволить себе такую роскошь, вновь разбить его вдребезги, — Аня подняла голову, всматриваясь в лицо Ника заплаканными глазами.

Ник стер большим пальцем набежавшие слезы и осторожно поцеловал девушку в соленые губы. Это было лучше, чем рай, он словно очутился в месте, где сбываются мечты, где все возможно. Обхватив голову Ветровой двумя руками, ник углубил поцелуй, полностью теряясь в своих ощущениях. Он, взрослый мужчина, вновь почувствовал себя тем парнем, что когда-то влюбился в девочку Аню. Стоя под косыми лучами заходящего солнца, парочка отдавалась поцелую как в последний раз, теряя связь с реальностью.

—Просто дай мне шанс все исправить, малыш, и я с неба звезду тебе достану. Только дай мне шанс, — прошептал в полураспахнутые губы Варшавский, жадно вдыхая сладкий аромат той, кому он навсегда отдал свое сердце.

Ник провел с Андрюшей, Аней и Настей еще некоторое время, скупив детям сладкой ваты как на роту солдат. Было много веселья, безудержного и такого нужного сейчас всем присутствующим. Были игры, были качели и карусели, было столько всего, что под конец ребятня просто устала до такой степени, что уснула сидя на скамейке, прижимая к груди полученные в тире за удачную стрельбу игрушки.

Нику и Ане удалось отвлечься, переключаясь на детское веселье. Но проблемы нужно было решать, что Ник и поехал делать, как только развез дорогих сердцу людей по домам.