Их заложница (СИ)

Я не знаю, чем заслужила такого мужчину, как Виктор, и все чаще ловлю себя на мысли, что уже не столь часто думаю о Руслане. Нет, внутри все еще болит, но не настолько сильно, как было в самом начале, когда я поняла, что я для него лишь вещь, а не женщина, ради которой он готов отказаться от многого.

Ради него я была готова на все — сбежать, уйти от мужчины, который меня обеспечивал все это время, жить на острове долгие месяцы. Я делала это все, чтобы мы могли быть вместе, верила, что он разведется с Эльзой, но ничего этого он не выполнил. Разумеется, я благодарна ему за безопасность, но все чаще возвращаюсь к мысли, что он держал меня в другой стране только для того, чтобы иметь возможность наблюдать за мной, как за зверушкой, а потом приехать и трахать.

Становится мерзко от самой себя. Что позволяла ему все это с собой делать, что отвечала на его ласки и стонала от толчков его члена. Противно. Так не должно было быть. Наша любовь умерла еще тогда, когда я в самом начале ушла от него. Она не имела продолжения, потому что наши отношения были зависимостью, похотью, желанием. Я нуждалась в Руслане, цеплялась за него как за спасательную соломинку, хотя он тоже был тем, кто издевался надо мной. Стокгольмский синдром у меня, что ли, к двум мужчинам подряд.

Глава 39

Ева

Следующие несколько месяцев стараюсь быть примерной матерью для сына и одновременно уделяю внимание Виктору: готовлю завтраки, спускаясь на кухню по утрам, жду его на ужин и массирую его спину по вечерам. Это становится уже ритуалом и, честно признаться, нравится мне.

Виктор взрослый серьезный мужчина, с ним всегда есть о чем поговорить и он никогда за все это время не позволил себе повысить на меня голос или сказать что-то с пренебрежением. Рядом с ним я чувствую себя по меньшей мере принцессой. Он задаривает меня подарками, одеждой, красивыми украшениями и позволяет самостоятельно покупать одежду для малыша."

"В последнее время я все чаще думаю о том, что совсем скоро сыну понадобится своя детская комната, которую мы еще не оборудовали, потому что не было необходимости. Виктор предложил заняться этим вопросом: нанять дизайнера, рассказать, что бы я хотела видеть в помещении и нам сделают идеальную детскую. Со дня на день должен был прийти готовый проект, и я ждала его в предвкушении.

Именно поэтому с утра просыпаюсь в приподнятом настроении, правда, почти сразу понимаю, что немного проспала, а поэтому времени на душ и переодевание нет. Надеваю на шелковую пижаму халат, который шел в комплекте и сбегаю вниз, где уже вовсю трудится наша кухарка.

— Доброе утро, — щебечет она. — Думала, вы уже не придете, поэтому приступила к работе.

— Вы можете быть свободны. Дальше я сама, — произношу с улыбкой. — И скажете Наташе, чтобы поднялась к Кириллу.