Имя мне Тьма

– Мне уже шепнули, что ты недавно сильно повздорил с погибшим, – без долгих предисловий заявил Карамзин, пока Чехлыстов с любопытством разглядывал необычные татуировки, украшающие правый бицепс и предплечье студента. – Не расскажешь, по какому поводу ругались с Перелозовым?

– А почему вы меня об этом спрашиваете? – поднял голову Степан. – Если вам об этом шепнули, так и обо всем остальном должны были сообщить.

– Мы хотим услышать твою версию.

– Меня что, подозревают в чем-то? – напрягся Бузулуцкий.

– Это уж мне решать, – начал терять терпение следователь. – Так из-за чего поругались?

– Мы не ругались. Просто ему не нравятся… не нравились, – подумав, уточнил Степан, – мои татуировки. Он вообще всегда косо на меня смотрел, когда приходил читать лекции в наш университет.

– Он вел у вас какие-то занятия? – удивился Андрей Чехлыстов.

– Да, пару месяцев назад. А потом мы к нему попали на практику.

– В университете он выражал недовольство твоими наколками? – сухо осведомился Карамзин.

– Он вообще всегда был чем-то недоволен. Вечно к чему-то придирался. Но в универе было много студентов, поэтому он распределял свое недовольство на всех. А здесь, в музее, он почему-то на мне одном сосредоточился.

– Так что же случилось? – спросил Чехлыстов, делая пометки в блокноте.

– Я уже рассказывал обо всем вашим коллегам…

– Но нам проще у тебя узнать, чем играть в испорченный телефон! – вскипел Карамзин.

Студент чуть заметно вздрогнул:

– Он пригласил меня для разговора, я поднимался по лестнице… И увидел его… Константин Аркадьевич выбежал на лестничную площадку, громко что-то крича.

– И что он кричал? – задал вопрос Чехлыстов.

– Это были не слова, – чуть слышно ответил студент. – Он просто вопил. Ну, будто бы сильно чего-то испугался.

– Об этом и другие говорили, – шепнул Андрей напарнику.

– Он был там один? – тут же спросил Карамзин.

– Да, – и глазом не моргнул Степан. – Больше я никого не видел. И он бросился через перила у меня на глазах.

– Значит, самоубийство? Но по какой причине?

– Откуда мне знать? – пожал плечами студент.

Вскоре один из членов криминалистической группы позвонил Андрею Чехлыстову и сообщил, что на видеозаписях камер слежения никого постороннего не видно.

«Он бежит по залу, затем выскакивает на лестничную площадку. И через какое-то время его будто швыряет через перила», – раздалось из динамика, когда Андрей включил на телефоне громкую связь.

– Швыряет? – хмурясь, переспросил Юрий Карамзин. – Как это?

– Прыжок на видео выглядит как-то странно. Но рядом точно никого нет, только непонятные тени по стенам скользят. Наверное, от веток деревьев, там же крыша стеклянная.

– Я должен сам это увидеть.