Империя

Они как раз пили чай, молча, пряча друг от друга глаза, как вдруг хлопнула входная дверь и на пороге появилась та самая девчонка, которую она видела в первый вечер вместе с Люськой рядом с Башмачниковым-младшим. На этот раз она была одета подчеркнуто скромно, на ее лице не было косметики:

— Здрасьте, дядь Илья, теть Насть… Наташ, меня Люська послала. Просит, чтоб ты к ней пришла.

Все замерли, родители уставились на Ташку, отчаянными взглядами пытаясь внушить ей: «Не ходи, ни в коем случае не ходи!» — но Ташка отодвинулась от стола, улыбнулась, привстав, сдернула со спинки стула платок и накинула на плечи:

— Пап, мам, я скоро…

Отец дернулся, но мать зыркнула на него, и он застыл на месте.

Они так и остались там, за столом, растерянно и испуганно глядя ей вслед…

Их встретили уже в следующем проулке. Судя по потушенным окнам домов, все ближние соседи давно заняли места в передних рядах партера. Что ж, это тоже было неплохо. Во всяком случае, когда начнется нормальное, а не «местное» расследование, у милиции не будет недостатка в свидетелях. Ташка остановилась и огляделась.

«Встречающих» было восемь человек. Пятеро впереди и трое сзади. Девчушка, которая вызвала ее, уже рванула вдоль по улице, явно не собираясь оставаться в числе участников предстоящей разборки. А чуть впереди, у забора, очень удачно торчала труба. Видно, когда-то здесь была вкопана лавочка, один из столбиков которой и был привязан к этой трубе.

— Че пялисси, постелев не будет, вот тут мы тя и разложим.

Башмачников-младший шагнул к ней. Ташка напряглась, но действовать было еще рано. Сначала этот тип должен окончательно влезть в расставленную ею ловушку.

И Башмачников не подвел. Он размахнулся и изо всей силы ударил ее кулаком по лицу. Голова Ташки дернулась, по разбитой губе потекла струйка крови, а Башмачников ударил ее еще раз. Ташка надрывно крикнула: «Ах ты, подонок!» и ловко, но как-то совсем по-женски, так что со стороны удар выглядел беспомощным и лишь случайно достигшим цели, пнула его в пах. Башмачников взвыл и отшатнулся назад. Это послужило сигналом для остальных. Теперь главное было удержаться на ногах. Ташка несколько мгновений яростно пиналась и кусалась, сзади дернули за платье, с треском оторвав рукав и половину спины, и тут в эту кучу малу вновь ввалился Башмачников. Пора! Ташка прикинула траекторию, вывернулась из очередного неуклюжего захвата, по пути наподдав затылком кому-то особо ретивому, и, поймав Башмачникова на болевой, коротким рывком перебросила его тушу через левое бедро, в последний момент слегка придержав за руку, чтобы это дебелое тело аккуратно опустилось основанием черепа на примеченную ею ржавую трубу.