Империя бурь

– Пойми, она наслаждалась каждой секундой пребывания в моем теле. Ей хотелось понять, на что способна моя сила. Денна проверяла, насколько ей подвластно мое тело и доступен Ключ.

Языки пламени стали еще жарче. Они принялись лизать одежду Аэлины, пока не сожгли дотла. Теперь одеянием ей служил магический огонь.

– И почему она назвала меня Обетованной королевой? Когда обетованной? Кем? Для каких дел? Я ни разу не слышала этого словосочетания. Даже в детстве, пока Террасен был в полном расцвете.

– Мы это выясним, – невозмутимо произнес Рован.

– Как тебе удается быть таким… спокойным?

Искры разлетались от нее, словно вереница светлячков.

– Аэлина, я живу дольше тебя и успел многократно убедиться: выплесками гнева ничего не решить. Я спокоен, но мне совсем не нравится, что эти бессмертные мерзавцы пытаются сделать тебя своей игрушкой. И мне совсем не нравится, что тебя могут вот так просто взять и забрать у меня. Если смогу, я выслежу эту Денну и заставлю заплатить за вторжение.

– Если не забыл, Денна – богиня охоты. Она способна тебя переиграть.

Языки пламени немного ослабли.

– Денна – наглая особа.

Это тоже отличительная черта некоторых бессмертных. Нашкодила и сбежала. – Рован пожал плечами и усмехнулся. – Зато ее сестра – на моей стороне.

Он вертел головой, разглядывая Аэлину, ее огонь, ее лицо.

– Наверное, потому Мэла и предстала передо мной в то утро, и благословила меня.

– А может, потому, что ты – единственный самоуверенный безумец, готовый охотиться на богиню?

Рован сбросил сапоги.

– Я – единственный самоуверенный безумец, который просил у Мэлы Огненосицы позволения быть рядом с любимой женщиной.

От этих слов огонь Аэлины приобрел золотистый оттенок.

– Возможно, ты – единственный самоуверенный безумец, способный меня полюбить.

Маска бесстрастия на лице Рована дала трещины.

– Пойми, Аэлина: новая глубина твоей силы ничего не меняет. И поползновения Денны управлять тобой тоже ничего не изменили. Ты по-прежнему еще слишком молода. Твоя магическая сила продолжает возрастать. И если новый уровень силы даст нам хотя бы незначительное преимущество перед Эраваном, поблагодари всю эту отвратную тьму за подсказку. Но мы научимся сообща управлять твоей силой.

Ты ведь не одна. И глупо считать, что тебя нельзя полюбить из-за твоей силы, которая умеет спасать и разрушать. Если ты начнешь ненавидеть свою магическую силу…

Рован покачал головой:

– Если ты двинешься по этой дорожке, мы вряд ли выиграем войну.

Аэлина вошла в волны прилива, встала на колени. Ее окружали густые облака пара.

– Иногда мне хочется, чтобы воевали другие, а не я, – призналась она.

Рован тоже вошел в бурлящую воду, прикрывшись магическим щитом от жара Аэлины. Она смотрела в темную морскую даль.