Империя очень зла

Компьютерная сеть «Легиона» содержала лишь стандартные программы: операционные системы Windows2002 и OS/2, в просторечии именуемую «полуось», пакеты офисных редакторов, аниматоры, архиваторы, браузеры — в общем, джентльменский набор, который несложно приобрести в любой лавке. Но здесь не было ни специальных программ, ни баз данных, ни файлов с текстами.

***

В это время работавший в соседней комнате капитан Петелин прочесывал скопившиеся в архивах отдела Интернет-послания — те самые, которые накануне ворошила Галка Дутова. Целью нового поиска были все сообщения за подписью Sekans, Snake, Snakes и Змей. Без помощи суперкомпьютера работенка шла не быстро, но за час набралось сотни три мессаг. Пока процессор гонял по шине терабайты электронного мусора, Денис начал просматривать уже найденные файлы."

"Примерно каждое десятое письмо было адресовано каким-то приятелям или деловым партнерам — в этих мессагах речь шла о долгах, отсрочках, последних сроках и возможных санкциях против злостных неплательщиков. Остальные мессаги Гадюки оказались перепиской с женским контингентом Впрочем, даже безобидные тексты вполне могли оказаться зашифрованными сообщениями. К примеру, файл «Я люблю тебя и жду следующей пятницы, когда твой козел свалит на рыбалку» — вполне мог означать: «Центнер гексагена заложен на центральной станции фекального отстойника». Поэтому придется досконально проверить каждого адресата, чтобы выяснить, кто из бесчисленных Светочек, Аленушек, Танюш и Маринок — действительно подружки Гадюки, а кто — участники разветвленной агентурной сети потенциального противника. Такие развлечения давно стали обычным занятием оперативников ОИБ, причем большая часть подобных мероприятий завершались ничем. Но редкие успехи с лихвой окупали любые затраты сил и времени…

***

Москва. Теплый Стан.

Одетый в майку и шорты-бермуды Богдан устроился на скамеечке перед подъездом, из которого должна была появиться Crazy. Наушники плейера тихонько напевали голосами любимых бардов, позволяя делать вид, будто он не слышит местных старушек, сидевших на той же скамейке и назойливо любопытствовавших: кого, мол, ждет молодой человек. Когда бабки капитулировали, оставив надежду пробиться сквозь акустическую оборону, левый наушник сказал:

— Алле, я — восьмой. Объект входит в лифт.

Показывая, что услышал, Богдан снял, протер платочком и снова надел очки. Через минуту из подъезда вышла высокая девица, одетая в точности как он — шорты, майка, кроссовки, плейер и сумка на длинном ремне. Очки с большими стеклами закрывали четверть лица, но Богдан узнал Лиознову.

Кивнув старушенциям и не обратив внимания на знатного журналиста, девица упругой походкой вышла на аллею, ведущую через двор к автобусной остановке.