Империя желания
Мой запретный муж.Я поцеловала лучшего друга отца, и на этом все и должно было закончиться.Не только потому, что он на восемнадцать лет старше меня, но и потому что ему это не понравилось.Совсем.В свое оправдание хочу сказать, что я не хотела в него влюбляться. Просто так получилось.Натаниэль Уивер — самый привлекательный мужчина, которого я когда-либо встречала, с харизмой, способной затмить солнце.Он многого добился. Сейчас он владеет половиной мира и покоряет оставшуюся.Он был под запретом.Чем-то неправильным.И мне пришлось забыть о нём. По крайней мере, я пыталась заставить себя это сделать.Пока нам не пришлось пожениться.Теперь я в ловушке.И он, вероятно, тоже.Потому что нас обоих тянет к тому запретному плоду, который искрится между нами.
Целую неделю она даже мороженого не ела. Тогда я понял, что что-то действительно не так. Можно заставить наркомана десятилетиями бросить курить, но невозможно отделить Гвен от ее ванильной одержимости."
"После того, как кашель утих, я прочищаю горло.
— Ты что?
— Беременна. У меня внутри ребенок. Ты станешь дедушкой.
Ого. Ладно.
Когда они сказали, что я лучше всех умею работать под давлением, они ни хрена не упомянули об этом.
Они не включали небольшой лакомый кусочек, в котором говорится, что моя дочь будет чертовски беременна. В двадцать. Клянусь жизнью моего бывшего друга.
Я стучу посудой по столу.
— Вот и все. Я убью этого гребанного ублюдка.
На самом деле, я должен был убить его, когда мы впервые встретились. Таким образом, этого бы никогда не произошло.
Обычно, когда я угрожал жизни Нейта, Гвен вставала и останавливала меня. Она обнимала меня и держала за руку, потому что знала, что успокаивает меня, но не сдвигается с места и продолжает раскладывать ветчину по тарелке.
— Тогда ты оставишь меня вдовой и матерью-одиночкой. Не говоря уже о том, что твой внук или внучка останется без отца.
Мои кулаки сжимаются на краю стола, и я сожалею, что не взял с собой зажигалку, потому что сейчас для этого чертовски идеальное время.
— Нейт — отец?
Затем она смотрит на меня, в ее глазах вспыхивает огонь. Мне всегда нравилась эта ее часть — решимость и борьба. Я думал, она получила это от меня, но теперь, когда я приглядываюсь, я как будто смотрю в глаза ее матери.
К черту Аспен.
К черту ее существование и то, что она мать самого драгоценного в моей жизни.
Не могу поверить, что когда-то трахнул ее. Молодой я был чертовым идиотом из-за того, что влюбился в эту ведьму.
Горячую ведьма, но я отвлекся.
— Конечно, он отец. Ты думаешь, я могу спать с несколькими мужчинами одновременно или что-то в этом роде? Ты вырастил меня лучше, чем это.
— Я не имел в виду этого, — хотя, черт возьми, я бы хотел, чтобы она это сделала. По крайней мере, тогда я мог бы убить его красивым и простым способом.
Теперь это сложно.
Моя жизнь второй раз резко меняется из-за незапланированной беременности.
Или, может быть, это запланировано.
Я прищуриваюсь на Гвен.
— Какой срок?
— Пять недель.
— Когда у тебя были последние месячные?
— Около шести недель назад.
— Ты принимала противозачаточные. Так почему же перестала?
— Прошлая упаковка закончилась, и я забыла о них.
— Обычно ты не забываешь о таком. Ты не такой человек.
— Я так много думала о твоем происшествии, о том, что ты чуть не умер, и Сьюзен, доставляющая хлопоты. Я забыла о приеме.
— Сколько тестов ты сделала?
— Три.
— Как насчет доктора?
— Я ходила к акушеру-гинекологу.





