Метаморфозы Катрин

Не во всех селах прижилась новинка, не все успели распробовать.

Для огорода при замке мне своей хватит, а для крестьян — закуплю и на тех же условиях отдам по семьям. Пожалуй, даже полегче условия сделаю. Каждый четвертый мешок мне, а не половину. Хватит мне и этого.

Через три недели после нашего приезда я получила письмо от Марка. К письму было приложен документ, подписанный королем. Марк — опекун леди Ровены до ее совершеннолетия или новой свадьбы. Этот документ я Ровене показала — пусть ей будет спокойнее. Хотя она и так расцвела последнее время. Не взирая на бесконечный черный цвет туалета и более, чем скромную прическу, она посвежела и похорошела. Ушли темные круги из под глаз, порозовела кожа и появился нежный румянец. Она охотно занималась по вечерам с братом Кором и он часто хвалил её. А еще, днем, из мастерской часто стали доносится песни. Разные. Иногда женщины пели удивительно слаженным хором, иногда Ровена пела одна. Она стала несколько смелее в суждениях. Думаю, слишком долго она была беззащитным ребенком. А сейчас, поняв, что у нее есть я, есть семья и опора, она начала взрослеть. Я радовалась, глядя как она цветет. Дал же бог такую красоту и голос! Надеюсь, что кроме сына у меня будет еще и дочь, похожая на нее.

Время неумолимо шло к весне и я приступила к следующему этапу своего плана.

После долгих бесед и споров с Лестой, нашей травницей, был вызван для разговора гвайр Бланд. Сперва обсудили дела графства. Решили, что ему, все же, нужен крепкий помощник. Ну, тут я разрешила гвайру выбрать самому. Им вместе работать, так что пусть смотрит внимательно. А после разговора гвайр снова отправился в поездки по селам. Охраны у меня хватало, так что гвайра сопровождали всегда не меньше шести человек. Из каждого села или деревни были привезены девочки десяти-тринадцати лет. Некоторые — совсем сироты, но таких было мало. В основном дочери вдов. Брали только желающих, но и их оказалось с перебором. Слух о том, что в замке кормят хорошо, содержат в тепле и госпожа не обижает, давно гулял среди крестьян. Этому очень способствовала и честная закупка мной кирпича у своих, и то, что устроили ткацкий класс и взяли учениц с шерстью работать. А больше всех, конечно, хвалились родственники слепых кружевниц. Получая деньги, женщины толком не понимали, куда и как их тратить. Одеты в чистое, их обслуживают, кормят так, как отроду не ели. Отдыхать они успевают, гулять их выводят в специально огороженный цветник. Ну, зимой пореже, не всегда погода благоволит, но и не гнобят в помещении. Конечно, они копили. Но ведь хочется иногда и чего-то этакого! И раз в месяц все желающие под присмотром горничных ехали на рынок. Некоторые покупали сладости, одна захотела шелковые сорочки.