Инструктор спецназа ГРУ

Дорога мягко стелилась под колеса, обочина сливалась в размытую скоростью туманную полосу, тонированные стекла придавали миру благородный синевато-серый оттенок.

Прошедшие сутки выдались напряженными, но работа, как всегда, принесла плоды — расследование по делу об убийстве Рахлина шло в нужном направлении, да и строго засекреченное досье, которое Дмитрий Антонович вел на своего шефа, за эти сутки изрядно пополнилось. Товарищ генерал, почувствовав себя в безопасности, расслабился и говорил много и свободно, так что Дмитрий Антонович едва успевал менять кассеты в диктофоне. Товарищ генерал был у него, можно сказать, в кармане.

Теперь предстояло немного подчистить тылы. Дмитрий Антонович хорошо понимал, что, связавшись с Забродовым, допустил непростительную ошибку, стоившую ему большой нервотрепки. Товарищ генерал тогда очень сильно его торопил, а спешка никогда не доводит до добра — это Северцев усвоил давно и крепко, но вот поди ж ты… Что ж, и на старуху бывает проруха, но теперь все вроде бы понемногу входило в колею. Строптивый спецназовец был дискредитирован и убит. Правда, и то, и другое пока не приобрело окончательно правдоподобного вида. Милицейские аквалангисты в поисках тела обшаривали топкое дно карьера всю вторую половину вчерашнего дня, но пока ничего не нашли. Впрочем, карьер большой, и даже если этот хитрец каким-то образом умудрился выжить, это ненадолго: его ищут по обвинению в убийстве, а когда найдут, он не проживет и дня, в этом полковник был уверен. Дурак Жангалиев просто не захотел пачкать салон машины. Теперь-то он своей ошибки не повторит.

Оставалась еще эта девчонка — Климова, кажется, — не подписавшая Рябцеву протокол. Ну, с этим проблем не будет.

В подвале дачи Дмитрия Антоновича имелась специальная комната со звуконепроницаемыми стенами, в которой было сказано много откровенных слов и подписано много протоколов. Это был маленький секрет полковника, его тайное хобби, к которому он относился с большой любовью. Комнатка была оснащена по последнему слову техники: сверкающие хромом инструменты, удобное кресло с зажимами для рук и ног, все необходимое от булавок до бормашины… Дмитрий Антонович любил, потягивая кофе с коньяком, наблюдать за работой своих высокооплачиваемых специалистов. Он вообще любил, когда кто-то работал профессионально. Потому, наверное, и связался с этим чертовым Забродовым.

Северцев свернул со скоростного шоссе на проселок, который вел в сторону дачного поселка. Здесь скорость пришлось резко снизить: «мерседес» не был предназначен для быстрой езды по российской «щебенке с гребенкой»..