Инструктор спецназа ГРУ

 — Ты думаешь, я зря тебе говорил про пустые хлопоты, ночевку в казенном доме и путешествие вперед ногами? Ты бы видел эти фамилии!

— Так покажи. Что ты меня путаешь, как барышню? Все равно я к тебе прижиматься не стану — ты совершенно не в моем вкусе.

— Не зарекайся, дружок. Вполне возможно, что станешь. Фамилии я тебе называть не буду. У меня, ты знаешь, и вправду хороший компьютер. Я тут распечатал их фотографии…

— И до сих пор молчишь! Инквизитор."

"— Вот посмотри, — сказал Мещеряков, раскладывая на скатерти четыре нечетких отпечатка, — может быть, узнаешь знакомое лицо.

Иллариону не потребовалось и трех секунд, чтобы опознать на одной из фотографий своего вчерашнего гостя.

— Вот он, — сказал Забродов, ногтем подталкивая снимок в сторону Мещерякова.

— Черт бы тебя побрал, Забродов, — с тихой тоской промолвил тот. — Так я и знал. Надо же так вляпаться!

Он сгреб фотографии в кучу и запихал в карман пиджака, не заботясь о том, что они могут помяться. Тут же, словно дождавшись условного сигнала, как из-под земли вырос официант и брякнул на стол две рюмки с коньяком. На лице его, предупреждая возможные упреки, застыло недовольное выражение.

Когда официант ушел, Илларион Забродов прикурил еще одну сигарету, пригубил коньяк и внимательно посмотрел на Мещерякова сквозь табачный дым.

— Ну, — сказал он.

— Хрен гну, — откликнулся полковник. — Ты знаешь, кто это? Ты хоть представляешь, во что ты влип?

— Знал бы — не спрашивал, — тихо сказал Забродов. — Не тяни, Андрей.

— Торопишься? — спросил Мещеряков и со свистом втянул в себя воздух сквозь плотно сжатые оскаленные зубы. — Так вот, гость твой вчерашний, из которого ты обещался, как я понял, вытрясти деръмо, — некто Северцев Дмитрий Антонович. Полковник Северцев. Референт и правая рука генерала армии Драчева, бывшего министра обороны. По некоторым непроверенным пока данным, у него свои люди и в армии, и в ФСБ, и в милиции…

— И в ГРУ, — подхватил Илларион. — Откуда, интересно, поступили такие разнообразные сведения?

— По линии ОСС, — ответил Мещеряков. — Одна-сволочь-сказала. Я ведь тоже не даром свой хлеб ем. А этого стукача, который у нас завелся, я, будь спокоен, вычислю!

Он в сердцах грохнул кулаком по столу, но тут же притих, заметив, что на него стали оборачиваться.

— Я ему пару ловушек уже расставил, — понизив голос, признался он, — и наживку положил — объеденье.

— Смотри, как бы в твои ловушки половина управления не попала, предостерег Илларион. — Не будешь потом знать, что с добычей делать.

— Что правда, то правда, — вздохнул Мещеряков. — Тяжело без тебя, Илларион» — признался вдруг он. — На полигоне бардак, и вообще… Может, вернешься? Тем более, будешь под моим присмотром, да и ребята, в случае чего, в обиду не дадут.