Инструктор спецназа ГРУ

Мужик в кепке выпустил Ольгу Ивановну и смотрел во все глаза — впитывал впечатления. Сержанты двигали мебель, безбожно царапая паркет. Капитан невозмутимо курил.

— Есть, Сергеич, — донесся из ванной голос одного из сержантов.

— Давай сюда, — приказал капитан и зашарил глазами по столу, ища пепельницу.

Илларион быстро выдернул пепельницу из-под пухлого тома исландских саг и поставил ее перед Рябцевым.

— Мерси, — сказал Рябцев.

— Угу, — ответил Илларион, глядя в сторону ванной.

Оттуда появился давешний сержант со свиной физиономией, неся черный пластиковый пакет со стилизованным изображением Эйфелевой башни. В пакете угадывалось что-то увесистое, имевшее прямоугольные очертания. Илларион припомнил, что этот пакет он сегодня уже видел. Именно этот или точно такой же пакет был в руке встреченного им утром алкаша.

— Это ваше? — спросил Рябцев.

— Нет, — ответил Илларион, — ваше.

— Понятых прошу подойти к столу, — сказал Рябцев, доставая из кейса бланк протокола.

Сержант водрузил пакет на стол и торжественно извлек на свет божий четыре потрепанных книги и Тощую пачку денег, перетянутую черной аптекарской резинкой. Капитан посмотрел на книги и едва заметно нахмурился. Илларион, проследив за его взглядом, искренне развеселился: правая рука капитана Рябцева явно не вполне представляла себе, чем занимается левая. На столе лежали «Два капитана» Каверина, изданные в 1949 году, перепечатка «Молота ведьм» восемьдесят девятого года, очень потрепанный экземпляр Джеральда Даррелла и роскошно изданный, но тоже знававший лучшие времена «Конек-горбунок». Илларион едва сдержал улыбку при виде всего этого великолепия, а Рябцев крякнул и полез за новой сигаретой.

Пока капитан заполнял бланк протокола и давал расписаться понятым, Илларион хранил молчание. Он тоже закурил и с интересом наблюдал за развитием событий, гадая, как носатый капитан будет выкручиваться из этой ситуации."

"Наконец понятых отпустили. Гражданин в бейсбольной кепке по дороге к дверям бережно поддерживал Ольгу Ивановну под руку, приговаривая: «Осторожно, угол» и «Не споткнитесь, здесь порожек». Когда дверь за ними закрылась, все четыре сержанта собрались в комнате и привольно расселись кто где, картинно поигрывая автоматами. Илларион понял, что все они полностью в курсе, и успокоился: все были свои и можно было не стесняться.

— Ну что, гражданин Забродов, — начал капитан, — колоться будем или как?

— Дурень, — сказал ему Илларион, — кончай эту бодягу. Ты же влип по самое некуда, тебе бежать надо, спасаться, а не в сыщиков играть. Ты посмотри, что твои уроды мне подбросили. Да тебя любой следователь прокуратуры засмеет с такими вещдоками, даже малограмотный. Не умеешь — не берись.

Капитан помолчал, играя желваками.