Институт

Она отправилась искать уборщика Фреда и добывать компоненты, которые положат конец и детям, и гулу на Ближней половине.

Стэкхаус сел, гадая, потребуется ли такая радикальная мера. И вправду ли она настолько радикальная, учитывая, чем они тут занимались последние лет семьдесят. В их деле смерть неизбежна, и бывает, что нехорошая ситуация требует начать все сначала."

"Удастся ли начать сначала, зависит от миссис Сигсби. Ее поездка в Южную Каролину – довольно отчаянная затея, но часто именно такие планы срабатывают. Стэкхаусу вспомнились слова Майка Тайсона: как только начинают сыпаться удары, стратегия летит ко всем чертям.

Во всяком случае, стратегия ухода давно разработана. Много лет назад. Деньги отложены, фальшивые паспорта (три штуки) готовы, маршруты просчитаны, место назначения ждет. Однако он будет оставаться здесь, сколько сможет, отчасти из преданности Джулии, отчасти потому, что верит в их общее дело. Сделать мир безопасным для демократии[55] – не главная задача. Главная – сделать мир безопасным. Точка.

Пока еще нет причин рвать когти, убеждал он себя. Лодка лишь накренилась. Стоит побороться.

Посмотрим, за кем останется победа.

Стэкхаус ждал, когда раздастся пронзительный звонок боксфона. Как только Джулия расскажет, что там у нее, он решит, как быть дальше. Если телефон не зазвонит вовсе, это и будет ответом.

40На пересечении шоссе US-17 и SR-92 стоял заброшенный салон красоты. Тим остановил минивэн, обошел его, открыл пассажирскую дверцу со стороны миссис Сигсби, затем отодвинул сдвижную дверь. Люк и Венди расположились по обеим сторонам доктора Эванса, который сидел, мрачно уставясь на раздувшуюся ступню.

Венди держала «глок» Тэга Фарадея, Люк – боксфон миссис Сигсби.

– Люк, со мной, – скомандовал Тим. – Венди, останься, пожалуйста, в машине.

Люк вышел. Тим попросил у него телефон, включил и нагнулся к миссис Сигсби:

– Как эта штуковина работает?

Миссис Сигсби, не отвечая, смотрела на заколоченное здание с выцветшей вывеской «Хэйрпорт-2000». Стрекотали сверчки, со стороны Дюпрея доносилось завывание полицейских сирен. Уже ближе, но еще не в городе, прикинул Тим. Скоро доедут.

Он вздохнул.

– Не осложняйте дело, мэм. Люк сказал, что у нас есть шанс сторговаться, а он малый головастый.

– Чересчур головастый, до добра его это не доведет, – ответила миссис Сигсби и вновь плотно сжала губы. Она смотрела через ветровое стекло, скрестив руки на плоской груди.

– Учитывая вашу позицию, я бы сказал, что до добра это не доведет вас. Когда я просил не осложнять дело, я имел в виду: не заставляйте меня применять к вам методы физического воздействия. Для садистки, которая мучила детей…

– Мучила и убивала, – вставил Люк. – И других людей тоже.