Институт

Со своего места Тим видел обоих пассажиров и мог остановить любого из них, если тот попробует сбежать. Впрочем, он не слишком этого опасался, учитывая, что у одного была прострелена стопа, а у другой – бедро.

– Что такое?

– Вы в шахматы играете?

– Правила знаю, но играть никогда толком не умел.

– Я умею. – Люк понизил голос. – И сейчас я играю с ним, со Стэкхаусом. Понимаете?

– Да.

– Пытаюсь думать на три хода вперед, плюс заранее учитывать его будущие ходы.

Тим кивнул.

– В шахматах время важно, только если это быстрые шахматы, а у нас как раз они. Нам надо добраться отсюда до аэропорта, где стоит самолет.

Дальше до места под названием Преск-Айл, базы самолета. Оттуда до Института. У меня получается, что там мы будем никак не раньше двух ночи. А как по-вашему?

Тим прикинул в уме и кивнул.

– Наверное, чуть позже, но будем считать, в два.

– Значит, у моих друзей есть пять часов, чтобы предпринять что-нибудь самостоятельно. Однако и у Стэкхауса есть пять часов, чтобы заново осмыслить ситуацию и переменить решение. То есть отравить детей газом и сбежать. Я сказал, что его фотография будет в каждом аэропорту, и он вроде бы поверил.

Скорее всего это значит, что его фотографии есть где-то в открытом доступе. В Институте много бывших военных. Может, он тоже из них.

– Может, его фото есть даже в телефоне этой суперстервы, – заметил Тим.

Люк кивнул, а сам подумал, что миссис Сигсби наверняка не из тех, кто ставит фотографии на контакты.

– Он может попытаться уйти пешком через канадскую границу. Я уверен, что у него заранее разведан по меньшей мере один маршрут – по заброшенной дороге через лес или вдоль ручья. Это один из вероятных будущих ходов, которые я должен учитывать.

Только…

– Только что?

Люк основанием ладони потер щеку – этот жест усталости и нерешительности выглядел на удивление взрослым.

– Только мне нужны ваши подсказки. Мне мои соображения кажутся логичными, но я всего лишь ребенок и не могу быть уверен. Вы взрослый, и вы из хороших парней.

Тима тронули эти слова. Он глянул на мотель. Венди еще не показалась.

– Расскажи, что ты думаешь.

– Я оставил его в дураках. Поломал весь его мир. Думаю, он останется, чтобы меня убить. Он заманивает меня, используя в качестве приманки моих друзей.

Как по-вашему, похоже на правду? Ответьте честно.

– Похоже, – согласился Тим. – Точно сказать нельзя, но месть – сильный мотив, и Стэкхаус будет не первым, кто ради нее поступится собственными интересами. Могу навскидку назвать и еще один повод остаться.

– Какой? – Люк взволнованно смотрел ему в лицо.

Из мотеля вышла Венди с ключом-картой в руке.

Тим кивнул на открытую пассажирскую дверцу минивэна, затем нагнулся поближе к Люку.

– Сигсби – шефиня, верно? Стэкхаус – просто исполнитель?

– Да.