Инженер Петра Великого – 7

Будущий флот должен иметь собственный ход. Ему нужны рули, чтобы выбирать курс, и движитель, чтобы этот курс поддерживать. Из раба ветра он должен был стать соколом, парящим над полем боя. Но самолеты я не потяну, нужно быть реалистом.

Откинувшись на подушки, я смотрел в никуда. Огонь, Ветер, Громоздкость — все три проблемы сплелись в один узел. И все они сходились в одной-единственной точке, имя которой было — Энергия.

«Катрине» нужен был принципиально новый источник силы. Легкий, чтобы не съедать всю подъемную силу. Безопасный, чтобы не взрываться от шальной искры. Управляемый, чтобы регулировать его мощность. И достаточно емкий, чтобы его хватало и на подъем, и на движение. Без решения этой фундаментальной задачи весь грандиозный замысел Государя останется лишь красивой, абсолютно бесполезной мечтой. Я должен был найти ответ.

Упершись в глухую стену невозможности, мысль начала искать обходные пути. Память, нырнув в глубины, подсунула не грохот битв, а тихий шелест лабораторных журналов Игнатовского. Перед глазами встал полутемная лаборатория, запахло кислотой и горячим металлом, проступило терпеливое лицо Магницкого и то детское, почти забытое чувство чуда, когда медная и цинковая пластины, опущенные в жидкость, впервые заставили дернуться стрелку примитивного гальванометра. Электричество. Вот он, идеальный кандидат — бесшумная, холодная сила, без огня и дыма, послушная, управляемая.

Но как заставить эту силу летать? Первые же прикидки, набросанные на обрывке пергамента, обернулись удручающим выводом. Мои ранние «вольтовы столбы» были неуклюжими, прожорливыми монстрами: чтобы запитать даже самый слабый электродвигатель для винта, требовалась батарея из сотен медных и цинковых пластин. Мысленно взвесив этот ворох металла и прикинув объем едкого электролита, я насчитал несколько пудов мертвой тяжести. Чтобы поднять такую махину в небо, понадобится шар размером с Успенский собор. Замкнутый круг. Тупик. Пергамент с расчетами с досадой полетел в угол кареты.

Взгляд зацепился за легкие, почти невесомые облака, плывущие в безграничном океане воздуха, — и я аж затаил дыхание. Решение оказалось настолько простым, настолько очевидным, что я едва не расхохотался, напугав дремавшего на козлах возницу. Медь. Проклятая, тяжелая медь, которую я собирался тащить в небо в качестве окислителя. Зачем⁈ Зачем тащить с собой то, чего вокруг в избытке? Самый мощный, легкий и абсолютно бесплатный окислитель не нужно грузить в корзину — он повсюду. Воздух. Оставалось лишь заставить батарею «дышать».

Вспыхнув, идея мгновенно начала обрастать плотью, выстраиваясь в голове с инженерной четкостью. Так родилась концепция «Воздушной батареи» — того, что в моем мире назовут цинк-воздушным элементом.