Ирландская роза

– Но я почти не знаю тебя! – возразила она. – Кроме того, ты носишь траур.

– Мы назначим свадьбу на август. – Он властно и решительно заключил ее в объятия. – У меня будет достаточно времени, чтобы соблюсти приличия, а у тебя – чтобы узнать меня лучше. Утром я отвезу тебя домой и объявлю твоему отцу о наших планах.

В тот момент, когда его губы сомкнулись с ее устами в неистовом, чувственном поцелуе, Фиона поняла, что погибла. Ее не раз целовали многие мужчины, но ни один из поцелуев не доставлял ей столько наслаждения, как этот. Руки ее как-то сами собой легли ему на плечи, а затем она обняла его за шею и пылко ответила на его огненный поцелуй.

– Завтра, – прошептал он, теребя губами нежную мочку ее уха, – ты будешь смотреть на меня такими же глазами, какими леди Кэтрин смотрит на своего мужа.

– Эта потаскуха? – воскликнула Фиона, встрепенувшись и отдергивая голову.

Берк озадаченно посмотрел на нее:

– Это чрезвычайно странно, моя ненаглядная, что ты столь нелестно о ней отзываешься. И это после того, как леди Кэтрин мне все уши прожужжала о твоих добродетелях.

– Она… что? – ошеломленно переспросила Фиона.

Берк пожал плечами, а затем хитро прищурился.

– Возможно, ей было приятно познакомить нас в такой радостный для нее вечер.

– Или, может быть, леди Кэтрин очень хотелось, чтобы я перестала заглядываться на ее мужа, – фыркнула она.

– Пусть только посмеют твои прекрасные глаза поглядеть на другого мужчину! Тогда не жди от меня пощады! – с угрозой произнес Берк, и во взгляде его сверкнула холодная ярость. Он грубо встряхнул ее, так что Фиона едва не прикусила язык. Она вновь с опаской взглянула на него – поистине этот красавец был непредсказуем.

Он явно не шутил. Фиона вдруг поняла, что он и в самом деле способен задушить ее в порыве ревности.

– Д-да, м-милорд. – Она судорожно глотнула. Судя по всему, лорд Берк был не из тех, кем можно крутить, как ей вздумается. О, господи! Неужели она совершила ужасную ошибку?

– Хорошая девочка, – уже без угрозы в голосе, спокойно сказал он и погладил ее по голове.

Хотя жестокость претила его натуре, Берк понял, что этой вздорной кошечке нужно остричь коготки, если он не хочет, чтобы однажды она в кровь расцарапала его сердце.

Он опрокинул ее на постель и наклонился над ней.

– Прежде чем наступит рассвет, моя киска, ты начнешь ласково мурлыкать в моих объятиях, – сладким голосом пообещал он и припал к ее рту страстным, требовательным поцелуем.

– Майкл… – Она со стоном выдохнула, полностью подчиняясь его власти и отдаваясь его изысканным ласкам.

Хью и Кэтрин, все еще посмеиваясь над своей проделкой и перекидываясь шуточками по поводу того, что сейчас поделывают Фиона и лорд Берк, вернулись домой.