Испорченный... Книга 2 (СИ)

Вскинув руки, изо всех оставшихся сил уперлась в грудь альфе, нависшему надо мной и попыталась его оттолкнуть. От его взгляда у меня сжималось до боли в груди и внизу живота, словно инстинкты меня предостерегали об опасности.

— Нет. Я же сказала, что мне нельзя. С меткой… — слова встали поперек горла, потому что воздуха от паники не хватало. Я дышала урывками. Черт, да дело было не только в метке, и в том, что близость станет адом для меня. Даже без ненависти к нему, даже без метки меня трясло бы от такой мысли. Он ведь лично учил меня, когда я была ему еще братом, как обращаться с девушками. И это было ужасно.

— Прекрати. — в страхе повторила я. Инстинкты омеги сделали меня слабой, но я попыталась собраться и выползти из-под тела альфы. Но он встретил эти попытки оскаленной усмешкой, а потом перехватил мои руки и, задрав их, обе прижал к дивану одной своей.

Я в дерьме. Полном. Как же мне было страшно.

— Стой. Пожалуйста. Не делай этого. — сбивчиво пыталась уговорить его я, глядя, как этот гребаный монстр медленно наклоняется к моему телу. Как светлые волосы упали, закрыв его лицо от меня, а после я ощутила вспыхнувшее клеймом прикосновение губ на груди. Оно послало такой разряд по телу, что я закрыла глаза и закусила на секунду до крови губу. — Помпей. Черт. Ты…

— Завались. — прозвучало от него одно-единственное грубое слово. Каждый слог я ощутила кожей. Но на контрасте с грубостью, это прикосновение было приятным. Медленным. Затем я почувствовала, как скользнул язык."

"“Очнись. Беги” — уговаривала я себя, но слабость и покорность, охватившие тело, были сильнее любых убеждений. Каждое гребаное прикосновение губ было горячим, и выбивало из меня остатки сопротивления. Загоняло, уничтожало. Сердце так сильно стучало в груди, что пульсацию крови я чувствовала кончиками каждого пальца.

Помпей словно чувствовал мою покорность, потому что спустя какое-то время его стальная хватка на моих запястьях разжалась. Его ладони скользнули к талии, сжимая ее и сминая кожу а я, черт побери, сделала то, что диктовали мне сорвавшиеся инстинкты. Мои пальцы скользнули в его светлые волосы. Черт. Они были жестче, чем я думала. На руки лип его запах. Кажется, я буду носить его до следующей течки и мне не придется искать куски его одежды, чтобы пережить ее.

Из последних сил, собрав всю свою волю, я сжала его волосы в руках, и, потянув наверх, ослабевшей рукой залепила по красивому лицу пощечину. В эту же секунду моя рука была перехвачена и сжата так, что я вскрикнула.

— Какого хера? — поинтересовался Помпей. Его горящие желтые глаза вернулись к моему лицу. Взгляд был жестким.

— Сказала же… остановись. — прошептала я. Дерьмо. Сознание будто бы отключалось и возвращалось волнами. Я не могла бороться с течными инстинктами.