Исполненный долг

Полковник совместно с Ивановым по этой задаче принимают конкретное решение и высылают на задание боевое подразделение. Иванов сообщает об этом решении Оболенскому, тот, в свою очередь, предупреждает боевиков, и в результате — боевой выход проходит вхолостую! Оболенский доволен, и отряд как бы занят боевой работой, гоняясь за тенями, и генерал в этом мутняке проворачивает свои дела. Ловко. Одно неясно, как Иванов оказался в «шестерках» у продажного генерала?

Лопырев объяснил:

— Все очень просто. Помните, у Иванова дочь слегла с болезнью сердца?

— Помню.

Это было год назад.

— Девочке тогда требовалась операция.

— Да, и ее ей сделали, по-моему, в Германии по линии МИДа.

— МИД был ни при чем. Деньги на операцию и на все расходы, связанные с ней, Иванову дал Оболенский.

— Можешь не продолжать. Теперь все ясно. Иванов отрабатывает свой долг.

— Да. Но, повторяю, в темные дела генерала он не посвящен.

— Что не меняет сути дела. Ладно. Иванов доложит о твоем выходе на связь Оболенскому.

— Конечно. И, скорее всего, уже доложил.

— И генерал поверит в то, что ты сказал?

Лопырев пожал плечами:

— Не знаю.

Должен поверить. Но, наверное, после того, как узнает, каким образом у меня могла оказаться рация и как я, находясь под контролем, сумел выйти на связь.

— Разумно. Я придумаю легенду, в которую поверит один из «главных бойцов с терроризмом». А сейчас завтрак и продолжение марша.

Открыв сумку, Москвитин достал все те же консервы и галеты. Позавтракав и убрав все следы своего пребывания в роще, Москвитин, нагрузив Лопырева сумкой, вывел того на равнину. Приказал:

— Сейчас направо. Идем по ручью вдоль склона.

Где остановиться, я скажу. Вперед!

Старший лейтенант двинулся в указанном направлении.

Москвитин отпустил его от себя метров на пятьдесят. Достал рацию, которую переложил в карман своей куртки, вызвал базу, а точнее прапорщика Захарова.

Тот ответил немедленно:

— Москит? Наконец-то. А я уж думал…

— Много слов, Гоша.

— Понимаю, но скажите, у вас все в порядке?

— А как ты думаешь?

— Думаю, в порядке.

Андрей представил, как при последней фразе расплылось в широкой улыбке скуластое лицо прапорщика-сибиряка.

— Правильно думаешь.

Но закончим прелюдию. Сейчас же срочно найди командира и передай, что я жду его вызова. Но так, запомни это, Гоша, чтобы рядом с полковником при нашем разговоре не было никого. Никого, Гоша, особенно подполковника Иванова. Ты хорошо понял меня?

— Так точно, майор! Сделаю все в лучшем виде!

— Давай, Георгий, только оперативно, желательно, чтобы сеанс состоялся в ближайшие полчаса.

— Понял. Выполняю.

Карцев вызвал Москвитина спустя десять минут:

— Москит? Живой?

— Пока живой!

— Рад за тебя.