Испорченный... (СИ)

Умереть из-за омеги, которая была предназначена Помпею, но, судя по всему, в этот момент уже трахалась с другим.

А ведь Помпей искал ее. Все эти ублюдочных полтора года. Изначально плевать хотел на эту омегу. Новость об имеющейся истинной принял просто, как факт своей смерти, но со временем понял, что не может так. Даже понимая, что не найдет, все равно искал. Не имея о ней никакой информации, все равно думал о том, какая она.

И сейчас как никогда ранее желал ее увидеть. Это желание пробуждала злость. Ярость от того, что эта шлюха прямо в этот момент с другим.

Это заживо сжирало. Сводило с ума. Изувечивало сознание, разбивая его в дребезги.

Она раздвигала ноги перед другим, а Помпей подыхал.

Гребанная связь.

От боли сознание помутнело, но альфа встал на ноги. До того, как он умрет, Нуб должен его свергнуть. Оказалось, что времени в запасе слишком мало. Он многое не успел. Дохрена обезболивающих как-то привели его в нормальное состояние и Помпей отдал новый приказ — привести к нему Нуба.

Вот только чертов Звереныш не явился.

А Помпей, приехав в его дом, собирался устроить мальчишке ад. Так, чтобы тот не выдержал. Своевольный. Уже взрослый. Более-менее готовый стать вожаком стаи Помпея.

Но Нуб вонзил ему в спину такой же нож, как и его истинная.

Мальчишка предпочел служить Вавилону. Так трусливо и так никчемно."

"Вместе с этим предательством Помпей потерял все. В груди внезапно стало пусто. Человек, которому он желал отдать все, оказался не более, чем отбросом. Преданность, которую Помпей наблюдал много лет в его глазах, была всего лишь фальшивкой. То, что он ценил в нем. Она не стоила ни гроша.

Желание убить его разгоралось, гранича с неверием в то, что Звереныш мог предать.

В то время Помпей в первую очередь желал, чтобы мальчишку привели к нему. Хотел посмотреть ему в глаза. Вбить ему мозги на место, а потом вышвырнуть куда подальше, так как этого уебка уже не могло быть на его улицах.

Но уже вскоре пришло осознание того, что разговоров между ними уже не будет.

Сначала сообщение от Нуба: “Слышал, что ты меня ищешь. Я у твоей сестры. Трахаю ее”, как очередной плевок в лицо Помпея, а потом разговор и слова Звереныша: “Просто сдохни”.

Прошло не больше двух часов, как Нуб прислал еще одно сообщение:

“Я сегодня сказал, что очень много знаю о тебе. Тебе следовало это учесть и не трогать меня”.

Он понял истинный смысл этого сообщения, когда в его дом вечером ворвались копы. Несмотря на то, что молодой пацан-полицейский едва ли не трясся, Помпей просто смотрел, как он застегивает на нем наручники, и даже не думал сопротивляться.

— И в чем же меня хотят обвинить? — лениво поинтересовался он. В этот район копы старались не соваться, и если уж они рискнули приехать, то точно не из-за мелочи.