Исступление

 — Снежан? Я спрашиваю: нравится? — допытывается, заглядывая в глаза, а я судорожно выдыхаю.

Это сказка. Самая настоящая сказка. Сказка, о которой я не смела даже мечтать. Но дышала ею, сколько себя помню.

— А зачем нам новый дом? У нас же есть…

Марат пожимает плечами.

— Начнём всё сначала здесь. Новый дом, новая жизнь. Здесь две детские комнаты, бассейн, зимний сад и детская площадка. И для нас с тобой кое-что имеется. Об этом доме не узнает никто посторонний, и ты сможешь быть спокойна за себя и детей. Плюс ко всему здесь мощная охранная система. Её разрабатывали секретные службы.

То, что я видела, не было похоже на Пентагон или военную базу, нет. Это был дом мечты. Самый волшебный, самый красивый. И сердце тут же наполнилось теплом. Я представила, как по большому двору будут бегать наши дети, а вокруг будет разноситься их смех, и в горле запершило от подступающих слёз.

— Это ещё не всё, — он взял меня за руку, повёл к крыльцу. Мои пальцы утонули в его большой, горячей ладони, а сердце сделало кульбит и замерло в ожидании.

— Что же ещё?

Остановившись на пороге, он коснулся пальцами моей щеки, непривычно нежно погладил и, усмехнувшись, распахнул дверь.

— Я отошёл от дел. Навсегда. Теперь я обычный семейный мужчина. Никаких разборок, никаких перестрелок. И врагов больше нет. Я весь ваш теперь, Белоснежка, — погладил мой живот и склонился к губам. — И этот ребёнок — только начало.

Марат подхватил меня на руки и перешагнул через порог, не отрывая взгляда от моего лица.

— Добро пожаловать домой, жена.

А я задохнулась от этих слов. Внутри всё свело от разлившегося по телу тепла, и пробежала волна дрожи. Я жена. Жена Марата Хаджиева. И хоть я не переставала об этом думать уже несколько дней, по-настоящему осознала только сейчас… Я ЕГО ЖЕНА.

В доме было тепло и уютно. У большого камина, в котором потрескивали дрова, стоял низенький столик с исходящими паром блюдами. Марат стащил с меня шубу, разлил по высоким бокалам для шампанского сок и подал мне один бокал.

— За новую жизнь.

* * *Всё до дикости ново и непривычно. Будто он уже и не он. Не Варвар, крошащий врагов в пыль, а обычный человек. Муж, отец.

И грудь разрывало от новых, неизведанных чувств. Это не просто страсть к Белоснежке. Не просто похоть и желание обладать ею. Это что-то другое. Оно причиняет боль, сеет в сердце страх потери и острой иглой вгоняет в мозг навязчивую идею уберечь, защитить даже ценой собственной жизни. А ещё, оно даёт смысл жизни. Открывает второе дыхание и не позволяет упасть. Держит на ногах, придавая сил двигаться дальше. И главное — даёт надежду и желание жить. Может, это любовь, а, может, что-то другое. Хрен его знает. Но одно Марат знал наверняка — ему будет по кайфу новая жизнь.