Ненужная жена. Хозяйка постоялого двора

— Замолчите, — мой голос дрожит, но в нём звенит сталь.

Кселарон даже перестаёт кушать и таращится на меня своими глубокими глазами цвета неба.

— Что ты сказала? — брови Мейгеры взлетают вверх от возмущения.

— Чтобы вы замолчали! — руки трясутся, сердце колотится как безумное. — Вы не имеете права обращаться со мной так, словно я...

— Словно ты кто? — она делает ещё шаг ко мне, и её глаза сверкают злобой. — Именно та, кто ты есть – никто! Просто продажная девка, которая…

Я не успеваю осознать, что делаю. Рука сама взлетает вверх, и звук пощёчины эхом разносится по комнате. Майгара отшатывается, прижимая ладонь к покрасневшей щеке. В глазах – шок и неверие.

Время словно застывает. Я смотрю на свою руку так, будто она принадлежит кому-то другому. Осознание содеянного накатывает волной ужаса – я ударила свекровь. Мать Кристарда. Женщину, чьё положение настолько выше, что одно её слово может разрушить всю мою жизнь.

— Ты… — шепчет она, и в этом шёпоте столько яда, что мне становится страшно. Её голос дрожит от сдерживаемой ярости. — Ты пожалеешь об этом. Клянусь всеми богами, горько пожалеешь. Когда Кристард узнает...

— Узнает что? — глубокий мужской голос от двери заставляет нас обеих вздрогнуть.

Медленно оборачиваюсь. Кристард стоит в дверном проёме, и его взгляд переходит с моего пылающего лица на красную щеку матери. В его глазах появляется опасный блеск.

— Что здесь происходит?

Сердце падает куда-то в пятки. Что я наделала? Своим безрассудством я только что разрушила единственный шанс быть рядом с ребёнком. Неужели всё кончено, даже не начавшись?

Глава 28

— Кристард… — голос Майгары дрожит от наигранных рыданий. — Эта чокнутая... Она...

Я опускаю глаза, продолжая прижимать к груди малыша, который жадно сосёт молоко. Его крошечные пальчики цепляются за ткань моего платья, и это прикосновение – единственное, что удерживает меня сейчас от полного отчаяния. Горячие слёзы беззвучно катятся по щекам, капая на тёмный пушок на макушке ребёнка.

Чёрт, вот чего я, а?

В какой-то момент в голове будто переклинило. Сразу вспомнила Генкину мамашу, и всё, глаза заволокло красным.

Уж сколько свекровь крови с меня выпила, за нашу относительно недолгую семейную жизнь — не сосчитать даже.

Сейчас, когда у меня появился хоть какой-то прогресс в общении с Кристардом, когда я постепенно внедряюсь в работу постоялого двора и более-менее освоилась с фактом своего попадания в другой мир эта… женщина угрожает всё разрушить.

Я же не железная.

— Она набросилась на меня! — продолжает Майгара, и я морщусь от фальши в её голосе. — Я твоя мать, Кристард! Женщина, которая вырастила тебя! И эта... особа посмела поднять на меня руку!

Краем глаза вижу, как она картинно прижимает ладонь к щеке, которая уже почти не красная.