Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Джордж опроверг все эти домыслы одним забавным вопросом, и всего через несколько недель мы уже были хорошими друзьями. В последующие годы я узнал, что его репутация человека, бесцеремонно отметающего некорректные аргументы, была вполне заслуженной, а еще понял, что его комментарии, как одобрительные, так и неодобрительные, неизменно способствовали улучшению качества научных исследований."

"Два столетия назад Пьер-Самюэль Дюпон в Учредительном собрании Франции высказал интересное наблюдение. “Необходимо, – сказал он, – быть снисходительными в отношении намерений.

Следует всегда верить, что побуждения благие, и чаще всего они действительно таковы. Однако мы вовсе не должны проявлять снисхождение по отношению к хромающей логике или нелепой аргументации. Плохие логики совершили больше неумышленных преступлений, чем злодеи – умышленных”[124].

Этот пассаж хорошо отражает взгляды Джорджа. Он редко говорил о личных качествах поборника какой-либо идеи, а просто смотрел, состоятельна ли его аргументация. Когда он ознакомлялся с каким-нибудь объемом информации, его невероятно четкий и логический ум начинал что-то вроде процесса переваривания, в результате которого обсуждаемая идея оказывалась либо поддержана, либо раскритикована.

Благодаря этой природной способности он был редким ученым, способным выйти за пределы устоявшегося в конкретной области стиля мышления и создать четкий образ того, как в ней все должно быть устроено. Снова и снова Джордж заходил на неизведанную территорию и писал основополагающие научные статьи, которые были предвестниками последующих масштабных работ в этой области исследований. Хотя Миллер начинал с психофизики, в интеллектуальном плане его всегда больше всего интересовала психология языка.

В своей первой работе, около 1950 года, он исследовал восприятие языка, позаимствовав ряд технических средств из инженерных наук, включая и теорию информации[125], которая обеспечивала строгость, ранее не достижимую в исследовании языка с точки зрения психологии[126]. Благодаря своему особому изложению (позже это станет его фирменным стилем) он привлек много коллег и студентов к изучению восприятия языка.

Сначала он указал на важность смысла и избыточности, а затем проследовал дальше, переключив интерес и внимание на проблемы понимания языка.

Примерно в то же время Ноам Хомский выпустил “Синтаксические структуры”[127], и Джордж сразу понял значение этой работы для психологического моделирования понимания. Он погрузился в книги и статьи Хомского. Миллер с Хомским провели вместе с семьями шесть недель в одном доме во время летнего курса 1957 года в Стэнфордском университете.