Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

Он вел двух пациентов, которым во время нейрохирургической операции по удалению опухоли третьего желудочка, расположенного непосредственно под задним отделом мозолистого тела, этот самый задний отдел рассекли. Он спросил, не хочу ли я их обследовать. Я прямо подпрыгнул от радости, и мы организовали работу, итогом которой стала наша совместная публикация. Обожаю такие моменты в науке. Практикующий врач, невролог, совершенно мне незнакомый, штудирует литературу, видит, что кто-то из его пациентов может представлять интерес для исследователя, занимающегося фундаментальными вопросами, обсуждает это с пациентом, тот дает согласие, доктор не жалеет времени на розыски ученого (в доинтернетовскую эпоху) и, что немаловажно, принимает участие в исследовании. И кто после этого скажет, что нашему биологическому виду не свойствен альтруизм?"

"Те два пациента многому нас научили. У первого, как и следовало ожидать, было расщепление по зрению. Другие его модальности не изменились. (Кроме того, оказалось, что он относится к числу тех немногих людей, у кого доминирует правое полушарие[162]. По характеру его ответов стало ясно, что правое полушарие отвечало за язык и речь, в то время как левое взяло на себя типичные для правого обязанности, например рисование объемных объектов.) Один пациент, один случайный звонок – и мы еще немного приблизились к пониманию того, как работают части мозолистого тела.

С годами врачи привлекли наше внимание и к другим случаям, и мы узнали еще много нового об устройстве мозолистого тела. Так было и со второй пациенткой, Э. Б., которой провели чуть более обширное рассечение в задней части мозолистого тела. Как и следует из общих законов анатомии, прекратился обмен осязательной и слуховой информацией. Кроме того, у пациентки явно наблюдалась способность передавать двигательную информацию в одностороннем порядке – от левого полушария правому, но не наоборот, что опять-таки свидетельствовало о выраженной специфичности связей[163]. Вообще говоря, хирург может довести рассечение мозолистого тела до любой точки по своему усмотрению. Вполне логично, что разъединению могут подвергаться разные информационные системы. Подобные клинические случаи, о которых мы узнавали окольными путями, представляли для нас огромный интерес. Тем более что мы знали, какие вопросы задавать, поскольку пациентами с расщепленным мозгом в основном и занимались.

Вместе с тем кое-какие тайны мозолистого тела мы раскрыли благодаря двум из наших звездных пациентов. Дж. У. провели операцию по расщеплению мозга в два этапа, еще когда мы были в Корнелле: сначала ему рассекли заднюю часть мозолистого тела, а спустя два с половиной месяца – переднюю.